Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Богослужение > «Несторианство» в эпиклезе православной евхаристической молитвы

Богослужение

«Несторианство» в эпиклезе православной евхаристической молитвы


«Киевская Русь» уже публиковала материалы о проблеме произнесения тропаря третьего часа во время анафоры литургии свт. Иоанна Златоуста и свт. Василия Великого. Автор этой статьи рассматривает проблему с богословской точки зрения.

«Последуя святым отцам, все согласно поучаем исповедовать… совершенного в божестве и совершенного в человечестве… не на два лица рассекаемого или разделяемого, но одного и того же Сына и единородного Бога Слова, Господа Иисуса Христа, как в древности пророки учили о Нем, и как Сам Господь Иисус Христос научил нас»

Определение отцов IV Вселенского Собора[[1]]

За последние столетия довольно много было сказано о проблеме произнесения тропаря третьего часа во время евхаристической молитвы, как на литургии свт. Иоанна Златоуста, так и свт. Василия Великого. Кажется, авторитетные русские литургисты уже признали, что, как бы не трактовался смысл его употребления, тропарь третьего часа в эпиклезе анафоры не уместен ни с богословской, ни с исторической, ни, тем более, с текстологической точки зрения[[2]]. Единственным объяснением такой практики в Русской Православной Церкви сегодня может быть только личное благочестие священнослужителей, однако и этот фактор не должен считаться удовлетворительным. В данной статье мы попытаемся показать, чем могут обернуться необдуманные вставки в литургических текстах.

Для начала коснемся самой евхаристической молитвы и того, какой оттенок приобретает ее смысл, если мы произносим вышеупомянутый тропарь. Для наглядности приведем привычный для нас текст анафоры свт. Иоанна Златоуста[[3]], но без аккламаций и дополнений:

[Вступительный диалог:]

— Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любы Бога и Отца, и причастие Святаго Духа, буди со всеми вами.

— И со духом твоим.

— Горе имеим сердца.

— Имамы ко Господу.

— Благодарим Господа.

— Достойно и праведно.

[Молитва:]

Достойно и праведно Тя пети, Тя благословити, Тя хвалити, Тя благодарити, Тебе покланятися на всяком месте владычествия Твоего. Ты бо еси Бог неизреченен, недоведомь, невидимь, непостижимь, присно сый, такожде сый,Ты и Единородный Твой Сын, и Дух Твой Святый. Ты от небытия в бытие нас привел еси, и отпадшия возставил еси паки, и не отступил еси вся творя, дондеже нас на небо возвел еси, и Царство Твое даровал еси будущее. О сих всех благодарим Тя и Единороднаго Твоего Сына, и Духа Твоего Святаго, о всех, ихже вемы, и ихже не вемы, явленных и неявленных благодеяниих бывших на нас. Благодарим Тя и о службе сей, юже от рук наших прияти изволил еси. Аще и предстоят Тебе тысящи Архангелов и тмы Ангелов, Херувими и Серафими шестокрилатии, многоочитии, возвышащиися пернатии. Победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще: свят, свят, свят.

С сими и мы блаженными Силами, Владыко человеколюбче, вопием и глаголем: свят еси и пресвят, Ты и Единородный Твой Сын, и Дух Твой Святый. Свят еси и пресвят, и великолепна слава Твоя, иже мiр Твой тако возлюбил еси, якоже Сына Твоего Единороднаго дати: да всяк веруяй в Него не погибнет, но имать живот вечный. Иже пришед, и все еже о нас смотрение исполнив, в нощь в нюже предаяшеся, паче же Сам Себе предаяше за мiрский живот, прием хлеб во святыя Своя и пречистыя и непорочныя руки, благодарив и благословив, освятив, преломив, даде святым Своим учеником и апостолом, рек: Приимите, ядите, сие есть Тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов. Подобне и чашу по вечери, глаголя: Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя Новаго Завета, яже за вы и за многия изливаемая, во оставление грехов. Поминающе убо спасительную сию заповедь, и вся яже о нас бывшая: Крест, гроб, тридневное воскресение, на небеса восхождение, одесную седение, второе и славное паки пришествие. Твоя от Твоих Тебе приносяще, о всех и за вся…

[Хор: Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молим Ти ся, Боже наш.]

Еще приносим Ти словесную сию и безкровную службу, и просим, и молим, и мили ся деем:низпосли Духа Твоего Святаго на ны, и на предлежащия Дары Сия. И сотвори убо хлеб сей Честное Тело + Христа Твоего. А еже в чаши сей, Честную Кровь + Христа Твоего. Преложив Духом + Твоим Святым. Якоже быти причащающимся во трезвение души, во оставление грехов, в приобщение Святаго Твоего Духа, во исполнение Царствия Небеснаго, в дерзновение еже к Тебе, не в суд, или во осуждение.

Еще приносим Ти словесную сию службу, о иже в вере почивших праотцех, отцех, патриарсех, пророцех, апостолех, проповедницех, евангелистех, мученицех, исповедницех, воздержницех и о всяком дусе праведнем, в вере скончавшемся. Изрядно о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней, Славней Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии. О святем Иоанне Пророце, Предтечи и Крестители, о святых славных и всехвальных Апостолех, о святем имярек, егоже и память совершаем, и о всех святых Твоих, ихже молитвами посети нас, Боже. И помяни всех усопших о надежди воскресения жизни вечныя. И упокой их, идеже присещает свет лица Твоего.

Еще молим Тя, помяни, Господи, всякое епископство православных, право правящих слово Твоея истины, всякое пресвитерство, во Христе диаконство и всякий священнический чин. Еще приносим Ти словесную сию службу о вселенней, о святей, соборней и апостольстей Церкви, о иже в чистоте и честнем жительстве пребывающих, о Богохранимей стране нашей, властех и воинстве ея. Даждь им, Господи, мирное правление, да и мы в тишине их тихое и безмолвное житие поживем, во всяком благочестии и чистоте. В первых помяни, Господи, великаго господина и отца нашего имярек, Святейшаго Патриарха Московскаго и всея Руси, и господина нашего преосвященнаго имярек, епископа, егоже есть область, ихже даруй святым Твоим церквам, в мире, целых, честных, здравых, долгоденствующих, право правящих слово Твоея истины. Помяни Господи град сей, в немже живем, и всякий град и страну, и верою живущих в них. Помяни, Господи, плавающих, путешествующих, недугующих, страждущих, плененных, и спасение их. Помяни, Господи, плодоносящих и добротворящих во святых Твоих церквах, и поминающих убогия, и на вся ны милости Твоя низпосли.

И даждь нам единеми усты и единем сердцем славити и воспевати пречестное и великолепое имя Твое, Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Жирным шрифтом для наглядности выделены моменты молитвы, прямо указывающие на Лицо, к которому обращена речь священника. Это Бог Отец, Первое Лицо Пресвятой Троицы. Как бы ни были распространены в церковных кругах рассуждения о том, что в анафоре мы обращаемся ко Святой Троице в целом и что-де наша (православная) молитва отличается от католической как раз этим, все они разбиваются в пух и прах, когда мы заглядываем в сам текст.

Конечно, с богословской точки зрения мы не можем мыслить какое-либо лицо Пресвятой Троицы в полном отрыве от другого. Когда мы говорим об Отце, то не можем исключить Сына и Духа. Бог один и един. Однако в тексте очень ясно отражена идея того, что община в молитве обращается именно к Богу Отцу. Об этом сказано довольно много. Так, например, св. Николай Кавасила подробно рассматривает этот вопрос в своем «Изъяснении Божественной литургии»[[4]]. Заметим, что в нехалкидонских церквях существуют евхаристические молитвы, обращенные, например, ко Второму Лицу Пресвятой Троицы (Сыну Божию) или даже Богородице. Но, так или иначе, общецерковная традиция придерживается обращения к Богу Отцу. И лишь только конечное славословие (в тексте выделено простым курсивом) обращено ко всей Троице.

Приведем для примера два небольших отрывка:

1) « … иже мiр Твой тако возлюбил еси, якоже Сына Твоего Единороднаго дати … [Он] прием хлеб … даде святым Своим учеником и Апостолом, рек: Приимите, ядите … »: совершенно очевидно, что речь идет о Боге Отце и о Сыне Божием, как о разных действующих лицах в одном контексте — Отец возлюбил мир и отдал Своего Сына, Иисус Христос (Сын) пришел, исполнил замысел и преподал Своим ученикам хлеб.

2) « … и молим, и мили ся деем, низпосли Духа Твоего Святаго на ны, и на предлежащия Дары Сия … »: также очевидно различение Лиц Пресвятой Троицы — мы просим Бога Отца ниспослать на Дары Святого Духа.

Теперь перейдем к самому тропарю третьего часа: «Господи, иже Пресвятаго Твоего Духа в третий час апостолом Твоим низпославый, Того, Благий, не отыми от нас: но обнови нас молящих Ти ся». В рамках данной статьи мы не будем говорить о том, по каким причинам и когда этот тропарь попал в эпиклезу, поскольку этого касались многие богословы. Резюмировав их мысли, упомянем лишь, что это было сделано в ответ латинянам в эпоху евхаристических споров о времени пресуществления Даров. Заметим, что само это учение (о времени пресуществления Даров) в своей основе схоластично и не отражает древнехристианскую традицию. Единственное, что можно сказать о моменте преложения: перед евхаристической молитвой — это хлеб и вино, а после Тело и Кровь Христовы. Об остальном так выразился прп. Иоанн Дамаскин: «Ты теперь спрашиваешь, каким образом хлеб делается Телом Христовым, а вино и вода — Кровью Христовою? Говорю тебе и я: Дух Святый нисходит и совершает это, что превыше разума и мысли»[[5]].

Мы не хотели бы подробно останавливаться на утверждении, что тропарь разрывает анафору по форме, поскольку многочисленные «аминь» и такие песнопения, как «Тебе поем…» или «Достойно есть…» тоже не вносят гармонии в единую молитву. Этот тропарь по своему содержанию совершенно неуместен в эпиклезе и по совсем другой причине. Казалось бы, он продолжает мысль предыдущего отрывка из молитвы: «низпосли Духа Твоего Святаго на ны», а затем священник снова говорит о Духе: «Того, Благий, не отыми от нас: но обнови нас молящих Ти ся». Однако так только кажется, когда фраза вырвана из контекста. Текст тропаря явно указывает на то, что он обращен не к Богу Отцу, а к Сыну Божию. Несколькими строками выше мы просили Бога Отца ниспослать Святого Духа на нас и на Дары, и вновь мы просим Иисуса Христа ниспослать Святого Духа на нас. В том, что тропарь часа обращен не к Отцу, а к Сыну, не приходится сомневаться. Взгляните в текст анафоры, где фраза выделенаполужирным курсивом. Сын Божий упоминается вместе с учениками, так же и в тропаре. Кроме того, само содержание молитвословия относит нас к схождению Святого Духа на апостолов.

Выглядит весьма странным то, что сначала мы обращаемся с просьбой ниспослать нам Духа к Отцу, а затем повторяем ту же просьбу к Сыну. Здесь возникает масса вопросов. Не умаляется ли Святой Дух в таком случае? Не нарушается ли т.н. догматическое учение о монархии Отца? Что же в таком случае нам мешает провести параллели с западным учением о Filioque?

Следующая фраза из евхаристической молитвы в соединении с тропарем третьего часа могла бы вызвать негодование отцов IV Вселенского Собора, провозгласивших анафему несторианскому учению: «Господи, иже Пресвятаго Твоего Духа в третий час апостолом Твоим низпославый, Того, Благий, не отыми от нас: но обнови нас молящих Ти ся. И сотвори убо хлеб сей Честное Тело Христа Твоего».

То есть священник фактически обращается к Сыну Божию, чтобы Он послал Своего Духа на нас, и сразу продолжает обращение (которое в непрерывной речи отождествляется снова с Сыном Божиим), где просит, чтобы Он претворил хлеб в Честное Тело Его Христа. Другими словами, такая неразрывная речь и текст говорят о том, что Второе Лицо Пресвятой Троицы различает две ипостаси — Свое Божество, которое творит чудо, и Своего Христа, Телом и Кровью которого становятся хлеб и вино.

Таким образом, необдуманные вставки влекут за собой догматические искажения. Конечно, эти ошибки в данном случае не свидетельствуют о действительном намерении священнослужителей. Когда все это произносит русский православный священник, он не исповедует еретическое учение осознанно, но скорее невольно и несознательно. Вместе с тем встает справедливый вопрос: зачем нужна такая молитва, смысл которой настолько запутан, что и сам священник не может свести концы с концами и произносит набор слов, связанных между собой на каком-то умозрительном уровне, постигаемым каждым иереем в силу своих умственных способностей? Возникает и другой вопрос: чем мы лучше христиан-католиков, которые внесли догматическое изменение в Символ веры, в то время как мы, православные христиане, также внесли догматическую несуразицу в главную церковную молитву — Евхаристию?

Думается, что тропарь третьего часа в анафоре неуместен, как в текстологическом, так и в догматическом плане. Это чувствуют и многие клирики нашей Церкви, переставляя тропарь перед словами эпиклезы «Еще приносим Ти словесную сию и безкровную службу…» (как это делал до недавнего времени Святейший Патриарх Кирилл) или произнося тропарь нарочито про себя. И все же произносить это «неудобное» в евхаристическом контексте молитвословие священнослужителей заставляет церковное послушание. Смеем надеяться, что Архиерейский собор позаботится о чистоте православного вероучения, убрав из чинопоследования литургии тропарь третьего часа, и донеся это решение до всех клириков Русской Православной Церкви с подробным объяснением, почему не следует вносить в главную церковную молитву изменений под видом благочестия. Также часто можно услышать от служащих священников молитвословия, которые «приговаривают» к литургическим действиям. Например, при каждении на «Изрядно…» — «Пресвятая Богородица, помогай нам!» или во время поклонов после осенения Даров крестным знамением — «Поклоняемся истинному Телу и истинной Крови Господа нашего Иисуса Христа!» и т.п. формулы. Все это, хотя и делается по причине личного благочестия, зачастую противоречит духу и смыслу евхаристической молитвы.

Примечания

1 См.: Деяния Вселенских Соборов, изданные в русском переводе Казанской духовной академии. Казань, 1908. Т. 4. С. 48.

2 См.: Печатнов В.В. Божественная литургия в России и Греции. М., 2008. С. 221–228; Порфирий (Успенский), еп. Восток христианский. Афон. История афона. СПб., 1892. Ч. III. Отд. 2-е. С. 470–483; Киприан (Керн), архим. Евхаристия. М., 2001. С. 256–257; Рубан Ю.И. Об одной литургийной интерполяции // Ежегодная богословская конференция ПСТБИ: Материалы 2000 г. М., 2000. С. 107–116; Виссарион (Нечаев), еп. Толкование на Божественную литургию по чину св. И. Златоуста и св. Василия Великого. Киев, 2001. С. 187–188.

3 См.: Служебник. М., 2013. С., 142–154.

4 См.: Николай Кавасила, архиеп. Изъяснение Божественной литургии. М., 2011. С. 31–32.

5 См.: Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. СПб., 1894. С. 218–223.

Дата публикации: 30.12.2013