Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Богослужение > И снова о связи между исповедью и причастием. Конкретизация позиций

Богослужение

И снова о связи между исповедью и причастием. Конкретизация позиций


История Церкви знает несколько волн дискуссий о частом причащении и подготовке к нему. Однако в последнее время дискуссии в большей степени были сосредоточены на выяснении связи между исповедью и причастием, а от тона этих дискуссий сложилось впечатление о формировании двух враждебных лагерей, которые никак не могут согласоваться по данному вопросу. Эти «противоположные лагеря» практически друг с другом не общаются, но лишь нападают друг на друга – в большей или меньшей степени по-братски и, как правило, без убедительных исторических и канонических аргументов. Одни цитируют одних духовников, другие ссылаются на других, но лишь немногие из них пытаются соотнести традиции определенного времени и конкретного пространства со Священным Преданием Вселенской Церкви.

В общих чертах эти два лагеря можно охарактеризовать так: называющие себя «традиционалистами» считают, что исповедь должна обязательно предшествовать евхаристическому причащению, а те, кого «традиционалисты» называют «приверженцами либерализма», считают, что нет необходимости непременно исповедоваться перед евхаристическим причащением.

На самом же деле, по моему мнению, портрет этих «лагерей» гораздо более сложен, и тем, кто приступает к рассмотрению этого вопроса, следует учитывать определенные нюансы, не спеша бросать остальных в один «котел», в котором те будут ощущать себя совершенно чужими. На мой взгляд, существует не два, а четыре различных подхода к соотношению между исповедью и причастием и, соответственно, четыре «лагеря», в большей или меньшей степени противоположных друг другу:

Первый лагерь

В него входят сторонники того, что исповедь повсеместно должна предшествовать причастию. Обычно к этой категории относятся те, кто высказывается за причащение несколько раз в год и даже не ставит вопрос о более частом, не говоря уже о систематическом, причащении. Касательно этого подхода я бы хотел отметить следующее.

а) Причащение с частотой всего несколько раз в год не соответствует Преданию Церкви и не способствует в нужной мере духовному росту верующего. В большинстве случаев те, кто придерживается этого  псевдопорядка, не ищут живых и устойчивых отношений со Христом, но лишь соблюдают ради галочки этот чрезвычайно спорный обычай.

б) Сторонники редкого причащения постоянно ссылаются на вопрос «достоинства», но никому из них не удалось объяснить, каким же образом причащающийся четырежды в год более достоин, чем тот, кто причащается еженедельно. Моя пастырская практика (и я склонен полагать, что не только моя), подтверждает обратное. Те, кто причащается только три-четыре раза в год, понятия не имеют о том, что такое «последование ко Святому Причащению», не соблюдают все посты и не особо читают Библию или святоотеческие писания, в то время как те, кто причащается чаще, даже если не совершенны, знают все это и выполняют. Так кто же более достоин?

в) Если кто-либо все же хочет причащаться всего лишь несколько раз в год (что лучше, чем вообще ничего), то, на мой взгляд, такому человеку следует обязательно исповедоваться перед каждым причащением. Именно вследствие этих реалий и возникло «правило» исповеди перед каждым причащением.

Второй лагерь

Сюда можно отнести тех, кто допускает относительно частое причащение, которое, тем не менее, не носит систематического характера (то есть не на каждой литургии, в которой участвует верующий). Приверженцы этой позиции также полагают, что исповедь следует совершать перед каждым причащением. Об этом лагере я могу сказать следующее.

а) Сторонники этой позиции верно осознают необходимость постоянного покаяния, в особенности перед причащением, но сводят возможности для покаяния только к таинству исповеди;

б) Они путают сакраментальную исповедь (которая в прошлом Церкви совершалась редко и только в случае особенно тяжких грехов) с исповеданием помыслов (которое практикуется особенно в монашеской среде и может совершаться каждый день, причем его может принимать не только рукоположенный священник). По сути, сакраментальную исповедь может принять любой священник, у которого есть благословение архиерея и она предполагает четко регламентируемую каноническую дисциплину. Принимать же исповедание помыслов и давать духовные советы может далеко не каждый, и именно поэтому у наивных верующих возникает так много «духовных травм».

в) С одной стороны, сторонники этого лагеря не могут продемонстрировать с точки зрения истории, канонического права или литургики необходимость исповеди перед каждым причащением. С другой стороны, такая практика, предписанная мирянам, никогда не была и не станет обязательной для духовенства, а двойные стандарты в этом отношении лицемерны и опасны. Причем, эти двойные стандарты касаются не только исповеди перед причастием, но и строгости поста и в особенности частоты причащения.

г) Приверженцы этой позиции не предлагают практических решений для того, чтобы сотни людей могли исповедоваться еженедельно без формализации таинства исповеди и превращения его в пункт выдачи билетов на причастие.

е) Они постоянно говорят о том, что жизнь современных христиан во многом отличается от жизни верующих в древности, которые действительно причащались чаще и без исповеди перед каждой литургией. Для любого историка подобное утверждение звучит более чем смешно. На одной из египетских пирамид второго тысячелетия до Р. Х. есть надпись о том, что «в прошлом дети слушались своих родителей, а теперь они их больше не слушают». Так что иллюзия о славном прошлом человечества отнюдь не нова, и она вполне применима и к нравственности христиан на протяжении истории.

Третий лагерь

К этой категории относятся те, кто продвигает идею частого или даже систематического причащения, с возможностью (!) для самых усердных и сознательных верующих причащаться на протяжении двух-четырех недель при одной исповеди. Не все активные верующие готовы к этому подходу, однако таковых довольно много, а предлагаемая им духовная свобода больше укрепляет их совесть и благочестие. Я являюсь сторонником этого «лагеря», и единственный риск мне видится в том, что не знаешь, когда человек готов перейти от исповеди перед каждым причащением, рекомендуемой на первом этапе, к причащению несколько раз после одной исповеди. Тем не менее, этот риск значительно ниже, чем при следовании идеям первого и второго «лагерей», и положительные результаты можно наблюдать во многих общинах, где упорно и сознательно трудятся в этом направлении.

Четвертый лагерь

В эту группу входят те, кто продвигает идею о том, что исповедь и причастие совершенно отделены друг от друга, и каждый верующий должен(!) причащаться на каждой литургии, а исповедоваться он может (!) тогда, когда его к этому побуждает совесть. Я никогда не был и не буду сторонником подобной практики, которую считаю опасной и неэффективной с духовной точки зрения.

Так как я не ставил себе целью написать богословский трактат, но всего лишь хотел конкретизировать некоторые позиции, думаю, что каждый может выбрать для себя тот лагерь, который ему больше по душе. Я уже сделал свой выбор, который с тщательным вниманием и ответственностью пытаюсь применять на практике, никого не заставляя силой. В этом отношении у меня есть и благословение некоторых афонских старцев, которых я считаю очень опытными как в теоретическом богословии, так и в богословии, воплощаемом в жизни.

Мне известно, что есть некоторые представители первого и второго лагерей, которым хотелось бы затолкать в четвертую категорию всех инакомыслящих, не подразумевая даже существование третьего, довольно уравновешенного подхода. Более того, обвинители этого типа испытывают неутолимую жажду разоблачить очередного «еретика», который не вписывается в границы их мышления. Но, в конечном счете, если употреблять с тем же ребячливым легкомыслием слово «еретик», тогда первый «лагерь» в не меньшей степени еретический, чем четвертый​​. А представителям второй и третьей категорий остается не что иное, как больше дискутировать друг с другом, не спеша с обвинениями и клеймением…

Перевод с румынского Елены-Алины Патраковой

Источник: Православная литургика и миссиология

Дата публикации: 19.11.2013