Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Религии и культы > Религиозный сионизм как духовное движение. Часть 4: Критика сионизма

Религии и культы

Религиозный сионизм как духовное движение. Часть 4: Критика сионизма


Продолжаем публикацию Андрея Дударева о сионизме в контексте иудео-христианского диалога. В предыдущей части был рассмотрен вопрос мессианизма.

После того, как стало понятно, что государство Израиль – это всерьез и надолго, у этого государства появились идейные оппоненты. Впрочем, идейные оппоненты сионистского движения (антисионисты) существовали и раньше. Антисионисты делятся на две большие группы: еврейские антисионисты и нееврейские антисионисты.

Как уже отмечалось, в начале XX в. у сионизма среди ортодоксального иудаизма были влиятельные противники. Заметную группу противников сионизма составляли и составляют хасидские движения – преемники дворов цадиков, сложившихся в XVIII-XIX вв. на территории Украины, Польши, Венгрии… В частности, к антисионистам относился авторитетный раввин Иоэль Тейтельбаум, а главной организацией, противостоящей сионизму, была Агудат Израэль, созданная в 1912 г. (в 1947 г. эта организация поддержала требование сионистов о создании государства Израиль).

Раввин Шалом Дов Бер Шнеерсон (1860-1920 гг.), пятый любавический ребе, считал, что не нужно добиваться свободы от ига изгнания. Более того, по его мнению, еврейская традиция политического приспособления достойна похвалы.

Для многих харедим государство до сих пор не стало духовной ценностью. А хасидская символика часто преуменьшает значение физической Палестины по сравнению с Землей Израиля как духовным понятием.

Опыт рассеяния не обязательно отрицательный, часто говорят антисионисты. Живя среди народов мира, еврейский народ может конструктивно взаимодействовать с ними.

В хасидизме большое влияние имеет концепция Ицхака Лурии (каббалиста, жившего в XVI в.). Суть этой концепции вот какая: евреи, как рассеянные искры света, находятся в мире, чтобы привести его в исправление. Учение Лурии о рассеянных искрах – это не только учение угнетенных масс, но и оправдание жизни евреев в диаспоре. Если, по этой концепции, они уйдут из мира в отдельное государство, кто будет исправлять мир? Христиане, к которым евреи весьма критически настроены? Сионизм, по сути, либо призывает отказаться от учения о рассеянных искрах (в крайнем случае, откорректировать его), либо изменить свое отношение к христианству, которому достается миссия по исправлению мира.

Надо сказать, что многие евреи творчески раскрылись после обращения в христианство и присоединения к социуму. Т.е. раскрытию часто способствует именно возможность выйти из гетто, по этой логике возвращение в иудаизм – необязательное условие. Также секулярная и даже атеистическая среды, где не происходит изоляции по религиозному признаку, вполне могут способствовать творческой жизни. СССР в этом смысле – вполне подходящий пример.

Жизнь в изгнании критиками сионизма характеризуется как морально чистая, избавленная от «загрязнения», связанного с необходимостью управления страной. Тогда как сионистское государство вряд ли может устоять против искушений, вытекающих из властных полномочий тех или иных представителей народа. Но рав Кук в этом пункте возражает. По его мнению, моральная нечистота государства – временное явление. Цельность существования еврейского народа реализуется в единстве двух идей: идеи богоизбранности и идеи национального единства Израиля. При этом нарушение заповедей нерелигиозными евреями – преступление, которое идеей сионизма для этих людей оправдано быть не может.

Раввин Эльханан Вассерман говорит, что Земля Израиля извергнет тех, кто нарушает Тору.

С философско-теологической точки зрения сионизм уязвим в том отношении, что он может стать хорошей идеологией, которая, как это часто бывало с другими идеологиями, вдохновит массы на определенные действия, но затем, исчерпав себя, оставит лишь пустоту и разочарование (так было с коммунистической идеей, с мессианизмом того же Шабтая Цви). Но, если религиозный сионизм XX в. не только идеология? Может ли он быть также и пророческим явлением, свидетельствующим о наступлении некоего нового времени? Дело в том, что пророчество и идеология по своей внешней форме могут быть похожи. То отличие в сути, которое всё же присутствует, не всегда очевидно…

Пророчество в этом смысле, хотя оно и облекается иногда в форму идеологии, может поколебать позиции критического антиидеологизма. Пророчество часто связано с новым взглядом на существующий исторический контекст. В данном случае можно обратить внимание на тот факт, что многие библейские пророки жили в так называемое переходное время. А сам феномен пророчества часто связан как с географической переменой места пребывания (Моисей, Иеремия, Иезекииль и др.), так и с изменениями в религиозно-политической конфигурации общества (Илия, Самуил и др.).

Но тогда, применительно к сионизму, в исторической перспективе должна быть явлена та реальность, о которой как о наступающей и пытается возвещать сионизм в лице самых достойных своих представителей. Т.е. ответ на вопрос «Что такое сионизм? Идеология или что-то большее?» может дать только сама история, сама действительная жизнь…

Идеология может питаться различными мифами. Применительно к сионизму это, в основном, миф «Святой Земли», который существует уже сам по себе. Насколько в настоящее время этот миф может наполнить жизнь тем, что должно стоять за мифом: самой реальностью жизни? Вопрос также, как и в случае с идеологией, остается открытым. К тому же у самого этого мифа, в том числе и в иудейской среде были и есть противники. Перефразируя известное евангельское высказывание, можно сказать: земля для человека, а не человек для земли. В этом смысле у любого человека, еврей он или нет, могут установиться особые отношения с тем или иным местом – своего рода связь, которая вполне может быть наделена качеством сакральности. Если земля или дом – дар Божий, этот дар может быть у каждого, кто установил отношения с Богом.

Что касается древнего Иерусалимского Храма и возможности его восстановления, здесь есть два подхода. Согласно первому, Храм находится на уникальном месте, которое ничем заменить нельзя. Поклоняться Богу нужно именно в этом месте. Согласно второму подходу, возможна децентрализация места богослужения. Евангельскому сознанию ближе второй подход: «настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (Иоан 4:23).

Современный еврейский антисионист Яков Рабкин считает, что понятие «еврейской национальности» вытесняет традиционное самосознание еврея как человека, который должен соблюдать заповеди Торы. Главная цель сионистской программы Якову Рабкину видится в том, чтобы из духовного сообщества евреев создать некий этнос, народ или расу. Народ общей веры в такой интерпретации превращается в народ общей судьбы. Яков Рабкин также задается вот каким вопросом: всегда ли интерес еврея как личности совпадает с интересом еврейского государства? Не возникает ли здесь давления социума на маленького человека? Добавим, что и в духовном смысле сакрализация общественных институтов не может заменить сугубо личных отношений человека и Бога.

Также Яков Рабкин замечает, что в вопросах морального, политического или философского свойства еврейская традиция допускает большое разночтение, и единого духовного центра в иудействе нет.

Отдельно стоит сказать о критике сионистского мессианизма.

Раввин Йозеф Самуэль Блох (1850-1923 гг.) в Вене сравнил сионистский проект с лжемессианством Шабтая Цви.

А Гершом Шолем, будучи сам сторонником сионизма, говорил, что предполагать в еврейском государстве новую разновидность Мессии не только неверно, но и богохульно. «Сионистский идеал – это одно, а мессианский – совсем другое. Они не соприкасаются друг с другом, разве что в пышной фразеологии на массовых сборищах».

Нееврейским антисионистам в сионизме видится лишь национально-освободительное движение со всеми вытекающими плюсами и минусами. В настоящее время главным нееврейским врагом и оппонентом сионизма является мусульманский мир. Арабские политологи и государственная пропаганда рассматривают Израиль как незаконное государственное образование. Хотя для многих антисионизм – это лишь синоним антисемитизма.

Распространена также критика сионизма с позиций гуманизма. Отношение к палестинским беженцам, по мнению гуманистов, бесчеловечно, и Израиль до сих пор не предложил действенного способа решения палестинской проблемы.

Сионистское государство противится принципу отделения гражданства от этничности, на котором стоят такие страны как США, Россия, Франция, Канада, Великобритания и др. При повышенной общественной эмоциональности весьма велика опасность этатизма (абсолютизации роли государства). Многие харедим пытаются навязать талмудические уставы государству Израиль, что создает дополнительные проблемы. Возникает вопрос: не строят ли евреи религиозное фундаменталистское государство? Поликонфессиональное общество, основанное на ценностях Торы, не лучше ли моноконфессионального государства, в котором попирается такое базовое право граждан, как право на свободу совести (вероисповедания)?

Пока далеко не все задекларированные сионистские идеалы удаются. Вместо универсальной любви опять в сильной степени проявляет себя ненависть евреев к евреям, «борьба сильных, как в Америке и наплевательство на слабых, как в России» (Радышевский Дмитрий, с. 215).

Стоит отметить, что евреи, происходящие из арабских стран, испытывают в Израиле гораздо большее культурное давление, чем ашкеназские евреи из Европы.

С экономической точки зрения можно говорить, что Израиль стал на ноги и довольно неплохо развивается, сейчас он занимает 22-е место в мире по ВВП на душу населения. В то же время, по мнению аналитика Клайда Марка, израильская экономика не является самодостаточной и зависит от субсидий и помощи из-за рубежа, в первую очередь из США. Экономическая интеграция с другими странами не так развита, как хотелось бы. Пока можно говорить, что евреи Израиля беднее евреев галута.

С социологической точки зрения можно услышать ещё такое замечание. Идеологи сионизма часто говорят, что именно в Израиле еврей обретает свою идентичность, своё подлинное Я. Но дело в том, что современный мир отличается от мира прошлого в том числе и тем, что жизнь становится всё более многокомпонентной, когда человек проявляет себя в различных сферах деятельности. И всё шире получает распространение так называемая гибридная идентичность, когда идентичность состоит из множества разных принадлежностей (культурной, религиозной, профессиональной, этнической, языковой, национальной), которые ранее считались раздельными. И для человека бывает уже недостаточно быть только человеком Израиля, хочется быть человеком планеты…

Окончание следует. Часть 5: Сионизм и христианство

Дата публикации: 10.10.2013