Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > История и лица > К исследованию жития священомученика Макария, митрополита Киевского

История и лица

К исследованию жития священомученика Макария, митрополита Киевского


К сожалению, о жизни и деятельности священномученика Макария, митрополита Киевского, нельзя сказать ничего исторически достоверного, да едва ли когда-нибудь и можно будет сказать при отсутствии исторических материалов. Такое положение, как объясняют исследователи времени жизни святителя Макария доцент КДА священник Федор Титов и О.В.Щербицкий, обусловлено тем, что документы, относящиеся ко времени управления архимандритом Макарием Свято-Троицким монастырем в г. Вильно, частью погибли во время пожаров, бывших в монастыре, а частью истреблены монахами-базилианами, которым одно время принадлежал этот монастырь и которые старались уничтожить всякие свидетельства того, что этот монастырь некогда был православным и управлялся православным митрополитом. [1] Но все же существует история, и по крупицам сведений о жизни Церкви, государства и людей того времени все же можно, на фоне известных исторических событий, восстановить образ этой выдающейся личности.

Итак, необходимо обратить наш взор на историю Православной церкви и русов – носителей Православия в Великом Литовском Княжестве XIV-XV веков.

Эта эпоха примечательна тем, что распавшееся на удельные княжества некогда знаменитое государственное образование, которое историческая наука называет «Киевской Русью», постепенно стало собираться вокруг двух политических центров: Великого Литовского Княжества и Великого Московского Княжества.

Стараниями литовских князей Гедимина, Ольгерда, Ягайла, Витовта, Свидригайла и Казимира в начале ХIV века было создано Великое Литовское Княжество, в которое, кроме собственно Литвы, Жмуди и, частично Ливонии, входили земли Киевского, Волынского, Черниговского, Подольского, Смоленского, Витебского, Переяславского и Брянского княжеств. Князья и народ Литвы вследствие присоединения большого количества земель и народа более высокого культурного уровня развития, переняли от присоединенных народов нравы, обычаи, гражданское и военное устройство, религию, язык и письменность. В начале ХIV в. обрусение литовской народности было настолько велико, что иностранные писатели часто не могли отличить литовцев от русских и постоянно путали их. В первой половине ХIV в. Великий Литовский князь Витовт (Витен) и брат его Гедимин в официальных документах именовали себя «князьями Литовскими и Русскими».

В 1396-1398 г. в переписке великий князь Василий Дмитриевич величал Витовта — своего зятя, братом по вере [2].

В состав Великого Московского Княжества в те времена входили земли Владимирского, Суздальского, Тверского, Переяслав-Залесского, Ярославского, Ростовского княжеств. Псков и Новгород тогда еще были независимыми княжествами. Но уже к концу ХV в. Великое княжество Московское объединяет все северные и восточные удельные княжества и становится самостоятельным государством с централизованной властью в лице великого князя Московского и всея Руси. Падение Византии и брак великого князя Московского и всея Руси Иоанна ІІІ с племянницей Константинопольского императора Софией Палеолог позволило князю считать себя преемником власти Византийского императора. Он даже присвоил себе герб Византийской империи – двуглавого орла.

Политическое значение великого князя Московского в Западной Европе еще больше возросло, после того, как в 1480 году была окончательно освобождена от татаро-монгольской зависимости.

Значение Православной Церкви в этом государстве было всегда большим, чему способствовало глубокое уважение к ней не только великого князя и удельных князей, но и завоевателей татаро-монголов, в состав которых входило достаточно большое количество христиан-монофизитов.

Кроме того, сам Чингис-хан «не придерживался строго никакого определенного исповедания веры, но, признавая бытие Единого Верховного Существа, вместе с тем боялся и всех остальных божеств: буддийских, мусульманских и христианских, и желая всех их задобрить одинаковым покровительством духовенство всех вер» [3].

В Западной части бывшей «Киевской Руси» историческая ситуация для Православной Церкви складывалась иначе. Католические государства — Венгрия, Польша, Пруссия — постоянно стремились завладеть землями Киевской Руси. И хотя местное население Малой Руси – Галиция и Волынь, более 300 лет было крещено и пребывало в «греческом законе», т.е. в Православии, католические захватчики начали экспансию этих земель с захвата православных храмов и обращения их в костелы. Так в 1337 г. земли Малой Руси польская королева Ядвига насильно присоединила к Польше, а в 1370 г. во Львове была отобрана у православных церковь Воздвижения Честного Креста и передана католическому архиепископу в качестве кафедрального собора, хотя в то время во Львове едва насчитывалось несколько десятков католиков — приезжих купцов [4].

В 1320 г. литовский князь Гедимин разбил татар на реке Ирпень [5]. С тех пор земли Киевского княжества и других русских княжеств, вошедших в Литовское княжество, стали называться Литовской Русью. В Великом Литовском княжестве народы этих земель имели благоприятные условия для своего самобытного развития вплоть до Городельской унии Литвы и Польши (1413). Литовские князья Гедимин, 0льгерд и даже Витовт благосклонно относились к Православной Церкви. В 1375 г. митрополит Киевской и всея Руси Киприян пишет Сергию Радонежскому: «Я был в Литве, где много литовцев, не знающих истинного Бога, через святое крещение обратил в Православие. Основал много церквей». А в 1393 г. папский легат епископ Мессинский пишет в Рим: «в Вильне много русских церквей и в них много молится литвин по восточному обряду (в православной вере) [6]. Необходимым требованием для государственных чиновников в Великом Литовском Княжестве было знание языка русского. На русском языке писались все официальные документы. Основой юридического права в Литовском княжестве была «Русская Правда» Ярослава Мудрого.

И хотя «Киевская Русь» была разделена между Литвой и Московией, но Церковь у этих двух государственных образований была едина и возглавлялась единым митрополитом, который титуловался Киевским и всея Руси [7]. А поскольку Киев сильно пострадал от междоусобных свар князей-родичей и от татаро-монгольского нашествия, митрополиты Киевские вынуждены были искать более благоустроенное место для своего обиталища. Еще в 1299 г. Киевский митрополит грек Максим переехал в Суздаль, а затем во Владимир, где и установил свою резиденцию. Однако патриарх Константинопольский Филофей, несмотря на перемену места обиталища митрополита, постановил, чтобы Киев — город крещения Руси «был собственным престолом и первым седалищем архиерейским, а после него и вместе с ним святейшая епископия Владимирская была бы вторым седалищем и местом постоянного пребывания и упокоения митрополитов» [8].

Позже в 1416 г. митрополит Киевский Григорий Цамблак из сожженного ханом Едыгеем Киева переехал в Литву, где резиденция его была в г. Новогрудке. Итак, митрополитами Киевскими и Владимирскими (с 1347 г. Киевскими и Москоскими) и всея Руси были: Кирилл (1241-1281); Максим (1283-1305); Петр (1308-1326); Феогност (1328-1353); Алексий (1355-1378); Киприян (1381-1983 1390-1406); Фотий (1408-1431); Герасим (1433-1435); Исидор (1436-1441), изгнанный из Москвы, как еретик, из-за принятия им Флорентийской унии; Иона (1448-1461). С 1569г. митрополит Иона стал титуловаться «Московским и всея Руси». Как и все последующие митрополиты восточной части Руси, а в Литовской Руси по постановлению Константинопольского патриарха с 1458 г. митрополиты стали титуловаться «Киевскими и всея Руси».

Для лучшего уяснения исторической ситуации, связанной с Православной Церковью на Руси, необходимо больше уделить внимания на последним двум Киевским митрополитам, а именно, Иссидору и Ионе, поскольку деятельность их существенно изменила судьбы Православия на Руси и Литовской, и Московской. Император Иоанн Палеолог еще в 1433 году посылал на Базельский католический собор Исидора-грека для переговоров о соединении церквей. Это было сделано в надежде уговорить Запад организовать крестовый поход против турок-османов, завоевавших Византийскую империю. Римский папа обещал оказать помощь, но с непременным условием – объединить все восточные церкви под главенством Римского папы. Результатом переговоров Иссидора явился созыв «вселенского» собора в Ферраре, а затем во Флоренции. Чтобы заручиться поддержкой Православной Церкви Руси, император Иоанн и патриарх Иосиф поторопились поставить митрополитом Руси Иссидора, не дожидаясь Московского ставленника Ионы.

Исидор приложил все усилия к подписанию соглашения восточных Церквей на унию с латинянами. И хотя 5 июля 1439г. акт унии был подписан, но она так и не состоялась. На этом соборе все оказались обманутыми. Папа свои обещания не выполнил. Византия, не получив поддержки Европейских государств, в 1453 году пала. Согласия между Западом и Востоком не установилось. В самой Римской Церкви назревал раскол, принесший кровопролитные войны всей Европе и возникновение протестантизма.

Исидор ожидал триумфальных встреч и славы, но в Москве его арестовали как еретика. Ему удалось сбежать в Рим. А в Москве без согласия Константинопольского патриарха, которого в Москве считали еретиком, поставили Митрополитом Киевским и Московским и всея Руси Иону. С 1448г. по 1458г. митрополит Иона окормлял Церковь и в Восточной (Московской) и в Западной (Литовской) Руси [9].

Но в 1458 г. папа Римский Калист III добился согласия великого князя Литовского Казимира IV на отнятие Православной Церкви Литовской Руси у митрополита Ионы и передачи ее Исидору: « … если этот Иона схизматик явится в Литовскую Русь, то поймать его, сковать и заключить в тюрьму» [10]. В ответ на это митрополит Иона в конце 1459 г. собрал собор, на котором весь епископат Восточной Руси (Московии), дал письменное обещание: «быть неотступным от святой Церкви Московской, от митрополита Ионы и во всем повиноваться ему, а по отшествии его к Богу, повиноваться его законным преемникам, к отступнику же от Православной веры, Григорию, ученику Исидора, отлученному от святой соборной церкви, нам архиепископам и епископам русской митрополии не приступать, грамот от него никаких не принимать и совещаний с ним не иметь ни о чем» [12]. Так, Православная Церковь Руси раскололась на две самостоятельные части, в которых развитие духовной жизни, духовная практика строились и развивались в соответствии особенностей исторического бытия государств, на территории которых находились эти части Единой Святой Православной Церкви.

На Литовскую Русь вместо Исидора папой Римским Пием II был послан Григорий Болгарин (1458-1473) митрополитом Киевским и всея Руси. Он, как ученик Исидора и его диакон, пытался вводить унию, но, почувствовав упорное сопротивление епископата и всего общества русинов, твердо стоящих за Православие, пересмотрел свои позиции относительно унии, принес покаяние Константинопольскому патриарху Дионисию и получил от него благословение быть митрополитом Киевским и всея Руси. И до своей кончины он оставался в православии. Скончался он в Новогрудке в 1473г. [12].

После Болгарина митрополитами Киевскими и всея Руси, постановлением Константинопольского патриарха, были:

Мисаил, из Смоленских князей Пестручей (1475-1481) был в начале православным, но под влиянием Казимира IV и римских легатов стал склоняться к унии. Он написал обширное письмо папе Сиксту IV, которое среди прочих подписали: архимандрит Киево-Печерской Лавры Иоанн и архимандрит Свято-Троицкого монастыря г. Вильны Макарий. О совращении Мисаила стало известно Константинопольскому патриарху Рафаилу и он не дал ему благословения на митрополита Киевского и всея Руси, а вместо него благословил Спиридона Сатану (1479-1480), но Казимир IV не принял этого и приказал заточить Спиридона в темницу. Однако ему удалось бежать в Московию. Он много потрудился в Феропонтовом монастыре, где и скончался в 1504 г. [13].

Симеон (1480-1488) был соборно избран епископатом Литовской Руси и получил благословение на митрополита Киевского и всея Руси от Константинопольского патриарха Максима.

Иона Глезна (1492-1494) был избран православным собором и получил благословение от Константинопольского патриарха Нифонта. Этот владыка был в милости у князя Казимира IV.

После Ионы в митрополиты был избран Макарий по прозвищу Черт. [14].

Макарий родился в первой четверти ХV в. (возможно 1420-30 г.г.). Родители будущего священномученика по происхождению были из литовских дворян. Они отличались любовью к благочестию и крепко держались Православия. Эти же чувства они воспитали и в своем сыне, который, достигши юношеского возраста, испросил благословения своих родителей на поступление в монастырь. Приняв иноческий постриг, он усердно проходил разные монашеские послушания в Киевских и Литовских монастырях.

Высокая подвижническая жизнь св. Макария, его примерное благочестие, непоколебимая приверженность к Православию, любовь к проповеди Слова Божьего, тщательное выполнение возлагаемых на него обязанностей и другие доблести его известны были и тогдашнему митрополиту и православным горожанам города Вильно, которые его любили. Позже он проходил послушание в Свято-Троицком монастыре [15] уже в сане иеромонаха. Митрополит Симеон со всеми духовными властями и все миряне, заботившиеся о благе Православной Церкви, в конце 1481 г. собравшись в кафедральном храме Рождества Пречистой Богоматери, единогласно воскликнули: «Да будет Макарий архимандритом нашего Свято-Троицкого монастыря» [16].

Враги же Православия, постоянно испытывая его неутомимую борьбу за Православную Церковь и православный народ Литовской Руси, дали ему прозвище Черт [14]. «Униатские же писатели, желая видеть в нем униата, утверждают, что то и был тот самый виленский Троицкий архимандрит Макарий, который в 1476 г. подписал вместе с другими русскими грамоту к папе Сиксту IV [17].

Это опроверг и сам священномученик Макарий, когда сказал жителям Вильны: «…дети милые, я тот (Св.-Троицкий) монастырь держал от Симеона митрополита (1481-1488)». Следовательно, не от Мисаила и не от Григория — предместников Симеона получил св. Макарий этот монастырь. А, значит, «…в 1476 г. держал Троицкий монастырь в Вильно другой архимандрит Макарий, который и подписался с Мисаилом под названной выше грамотой. Из этого можно судить, что самому архимандриту Макарию приходилось публично отстаивать чистоту своего Православия. Ситуация Православной Церкви становилась все сложнее, в Литовском государстве. [17]

Великий князь Литовский Ольгерд крестил всех своих детей в греческом дзаконе (в Православии), и сам, и его жены были православными, но уже его сын Ягайло, при женитьбе на Ядвиге (польской королеве) был перекрещен в латинский закон (католическую веру) с именем Владислав II (13861434). Он стал рьяным католиком и по «Кревской унии» (14 августа 1385 г.) обещал: на вечные времена присоединить свои земли литовские и русские к короне польской [18]. А в 1412 г. он, проезжая через Перемышль, ради похвальбы велел отобрать у православных кафедральный собор, выкинуть из гробов захороненных там бывших перемышельских князей и претворить православную церковь в костел [19].

Его примеру последовали со временем и великие князья литовские Витовт (1392-1430) и Казимир (1440-1492), которые в соответствии с Городельской унией, уравняли в правах с польскими «посполитыми» литовских граждан, но только при условии перекрещивания в «латинский закон» (в католическую веру). Как результат «Городельских привилегий» 1413 г. православные князья и бояре и даже князья из литовской династии, что слились с обществом русинов на теперешних Украинских и Белорусских землях, не могли брать участия в политической и государственной жизни, если не хотели брать “латинский закон”. Хотя, великий князь Казимир IV, в 1447 г. и присягал в том, что в Литовском княжестве все граждане будут равны в правах, но с 1483 г. он особым постановлением запретил строительство новых православных храмов и ремонт старых. Этому постановлению следовали в дальнейшем все литовские князья [19].

Все усиливающаяся дискриминация русского элемента в Литовском государстве с одной стороны угнетала самобытное развитие русинов, а с другой — вызывала протест и отторжение земель к родственным по вере и духу государствам (Московия и Молдова) [20].

Оскорбления на религиозной почве заставляли православных искать защиты в Москве. Это ухудшило взаимоотношения между Литвой и Москвой, которые и без того обострялись на почве политического соперничества. Еще князь Ольгерд в свое время сказал прусским рыцарям: «omnis Russia ad Letwines delet simpliciter pertinere». (Вся Русь должна располагаться исключительно в Литве) [21]. Этот лозунг всегда был доминирующим в литовской политике. Но и у Москвы — собирательницы русских земель, были те же стремления. При резко отрицательном отношении к русскому элементу в Литве, тяготение православных к Москве было вполне закономерным [22]. Чтобы легче было бороться с Литвой за русские земли, князь Иоанн III в 1493 г. заключает соглашение с крымским ханом Менгли-Гиреем о совместной борьбе против Литвы [23]. В 1452г., после примирения хан Менгли-Гирей вместе с ханом Золотой Орды Ахметом, стал опустошать земли Киевщины, Волыни, Подолья, Черниговщины, Белой Руси, входивших в Литовское княжество. «После дикого разрушения Киева (1 сентября 1482 г.), Менгли-Гирей требовал у Казимира 133 тысячи злотых на строительство крепости против литовцев, но тот ничего ему не дал. Эти деньги дал хану Иоанн III. Впоследствии на эти средства была построена крепость Очаков [24].

Вот в такое время, а именно в 1494 г., как пишется в Супрасльской летописи, «…собрались тогда епископы: Владимирский — Вассиан, Полоцкий — Лука, Туровский — Вассиан, Луцкий — Иона и постановили Макария, по прозванию «Черт», митрополитом Киевским и всея Руси, а к патриарху за благословением послали старца Дионисия и Германа — диакона-монаха» [25]. «К осени пришел с Царьграда от патриарха Нифонта посол — его келейник старец Иосиф и с ним послы митрополита Макария Киевского — Дионисий старец и Герман диакон. Они принесли благословенные грамоты с великими оловянными печатями великому князю и великой княгине митрополиту, епископам, князьям, боярам и всем православным христианам. Только посол патриарха укорил епископов: «На другой раз не поставляйте митрополита, пока не получите благословения, разве только крайней нужды». На это епископы сказали: «Мы не отвергаемся древних обычаев Цареградской соборной церкви и благословения отца нашего патриарха, но сделали это по крайней нужде, т.к. поступили братия наши епископы при вел. кн. Витовте — поставили митрополитом Григория Цамблака — как и в правилах святых апостолов и отцов написано: «два или три епископа без всякого сомнения да поставят епископа». Посол на это признал: «Вы поступили хорошо. По нужде и пременение закона бывает» [26].

В 1481 г. при митрополите Киевском Симеоне, Макарий единогласно был избран архимандритом Свято-Троицкого монастыря г. Вильно, а также с этого времени он стал митрополичим наместником над всеми православными монастырями и церквями Великого княжества Литовокого.

Спешное поставление архимандрита Макария митрополитом Киевским и всея Руси было не случайным. Оно вытекало из угрозы поставления в митрополиты особы более склонной к Флорентийской унии, способной склонить русский элемент (украинцев, белорусов и русских) в Литве к окатоличиванию и ополячиванию, что уже имело место в то время на Червоной Руси (Галычина и Волынь).

Архимандрит Виленского Свято-Троицкого монастыря Макарий всем был известен своей высокой подвижнической жизнью, примерным благочестием, непоколебимой приверженностью к Православию, тщательным выполнением возлагаемых на него обязанностей. Будучи архимандритом Свято-Троицкого монастыря, он привел его в цветущее состояние, устроил при монастыре странно приемный дом, содействовал развитию подвижнической жизни среди монастырской братии [27]. Посвящение Макария состоялось уже при новом правителе Литвы — великом князе Александре Казимировиче.

После смерти Казимира IV, вел. кн. Литовским стал его сын Александр, который еще больше стал притеснять православных в Литовской Руси. При нем православные оказались в низшем положении по сравнению с католическим населением Литвы. Притиснения на религиозной почве заставляли православных обращаться за помощью к Москве, что еще больше ухудшало их положение [28].

Тогда князья Смоленские, Черниговские, Бельские стали переходить со своими землями под защиту московского князя. Литва с этим никак не могла согласиться и вел. кн. Александр в 1492 г. пошел войной на Москву. В этой войне, не имея поддержки со стороны Польши, Литва потерпела поражение. В результате этого вся Смоленщина и часть Калужских, Черниговских и Могилянских земель отошли к Москве.

Чтобы как-то наладить отношения между соперничающими сторонами и укрепить мир, литовское правительство предложило женить вел. кн. Александра на дочери вел. кн. Московского Иоанна III Елене. Правде, этот брак ничего положительного не мог дать, поскольку положение Православных в Литве становилось все хуже и кн. Александр не скрывал этого.

При вступлении священномученика Макария на Киевскую кафедру как раз и происходило бракосочетание вел. кн. Литовского Александра и княжны Елены. Иоанн III, напутствуя дочь, требовал неуклонно держаться своей Православной веры и русской народности. При этом он благословил ее чудотворной иконой Божией Матери, впоследствии хранящейся в Свято-Троицком монастыре г. Вильно. [29].

В 1495 г. в январе месяце кн. Елена Иоанновна вместе с русской свитой и литовскими послами выехала из Москвы в Вильно. 15 февраля она со свитой через Полоцкую заставу въехала в столицу Литвы Вильно. Жених её встретил за три версты от города. При въезде в Вильно навстречу к ней вышло все православное население города, которое надеялось найти в ней защитницу Православия и людей православных. Около Пречистинского православного собора [30] ее встретил с крестом и святой водой архимандрит Свято-Троицкого монастыря Макарий, нареченный в митрополиты Киевского и всея Руси. Вместе со всем духовенством он отслужил благодарственный молебен.

Венчание, по особо выработанному договору с Москвой, происходило в католическом соборе. Хотя при венчании и были соблюдены все русские обычаи, но венчали новобрачных католический епископ Войтех Табор и православный священник Фома, а архимандрит Макарий присутствовал на венчании, но вопреки договору, в совершении таинства не участвовал. Несмотря на видимое внимание к православным и русским обычаям, при самом совершении венчания было сделано весьма важное отступление от требований Московского двора по требованию Войтеха Табора.

Когда из Православного храма княжну повели к костелу св. Станислава на венчание, ей предшествовал с крестом и в ризах только один священник Фома — духовник княжны, а не архимандрит Макарий с духовенством. При входе её встретил католический бискуп с крестом, но крестом её не благословил. При совершении венчания молитвы для жениха читал бискуп, а для невесты священник Фома. Но владыка Мкарий по приказанию князя не смел участвовать в венчании, хотя и находился в это время в костеле.

Многого не исполнил князь Александр из обещаний, данных послами в Москве. Так, он обещал построить для своей жены домовую церковь при княжеском дворе. На протест князя Московского он оправдывался: «построить для жены моей церковь во дворце на переходах я не могу, т. к. этим нарушились бы те законы, которые выданы мной, о воспрещении постройки новых храмов православных церквей (запрещении ремонта старых). Если же княжне угодно будет ходить в православную церковь, то таковая находится недалеко от дворца — в городе, и я этому не буду мешать» [31].

Кроме того князь Александр вопреки договору с Иоанном III, не оставил при княгине Елене бояр и боярских детей православного исповедания, приехавших с ней из Московии. Они после дипломатических споров между государствами Москвы и Литвы возвратились в Москву, а попа Фому заточили а тюрьму, дабы не наущал княжну против латинян. Правда, в 1496г. поп из тюрьмы сбежал.

Опять же, вопреки договору, что княжну не будут неволить «на латинский закон», сразу же после свадьбы княжну Елену стали посещать бискуп Войтех Табор, францисканские и доминиканские монахи с уговорами, чтобы она приняла католическую веру, доказывая, что ее крещение недействительно. Положение княжны Елены еще больше осложнилось, когда во дворец переехала мать князя Александра с двумя дочерьми — ярыми католичками. Приехавших разместили в одних комнатах с княжной и они постоянно докучали ей требованием принять католическое крещение.

Единственным утешением княжны Елены был митрополит Макарий, который неослабно убеждал ее быть твердой в вере и мужественно отстаивать свое православие. Он при всяком удобном случае извещал царя Иоанна III обо всех происках врагов Православия, прося у него защиты и помощи в деле отстаивания веры и национальной самобытности русинов.

Отстаивая Православие в Литовской Руси, и мужественно отражая все происки латинян (католиков), митрополит Макарий употреблял немало сил и средств, чтобы в православных храмах сохранялось благочестие и строго соблюдались порядок и все уставы и обряды Греческого закона (Православной Церкви) и сами храмы Божии содержались в возможном благолепии.

В 1496г. святитель Макарий торжественно освятил древний храм Святого Духа в г. Вильно после переустройства его великой княгиней Еленой [32].

Святитель особо заботился об улучшении положения духовенства, тогда находящегося в сильной зависимости от светских властей и мирян, беззаконно присвоивших право раздачи «духовных хлебов» (раздача духовных и церковных должностей) чуждым церкви лицам, имеющим материальную заинтересованность. Тогда монастыри и церкви отдавались в аренду или даже в пожизненную собственность светским лицам, часто даже неправославного вероисповедания. Случалось так, что король или князь отдавал епископскую кафедру сразу двум лицам, и между ними завязывалась борьба, не редко с применением оружия. А прихожане часто избирали в кандидаты на священство безграмотных, не удовлетворявших каноническим требованиям людей, а также нанимали себе священников бывших под запретом, которые служили без архиерейского благословения. В то время среди духовенства было много случаев пьянства, ругани и драк.

Святитель Макарий употреблял самые энергичные меры к тому, чтобы православное духовенство находилось на высоте своего призвания и своим поведением не соблазняло бы, как православных, так и инославных христиан. Если он замечал, что священник не выполняет своих обязанностей, то наказывал такового строго, но по точному смыслу церковных канонов. Так он, несмотря на усиленное ходатайство виленских мещан, строго наказал, а затем даже лишил места священника Николаевской церкви г. Вильно за то, что он «вел себя невпокой и был неустроен и пьян».

Святитель Макарий считал неудобным сразу ограничивать права мирян в участии их в церковноприходских делах, заключавшихся в даче или отнятии ключей от храма у священников, присланных епископом. Он только тогда ограничивал эти права, когда миряне своими действиями нарушали церковные правила. Он предоставил виленским православным христианам право ежегодного освидетельствования (ревизии) церковного имущества, т. к. это способствовало его сохранности. Но когда виленские мещане стали домогаться права выбора и поставления духовных лиц (священников и Игумнов), то святитель решительно отказал им в этом. Когда же появилась вакансия архимандрита в Свято-Троицком Виленском монастыре, тогда митрополит Макарий, не спрашивая мещан, назначил на эту должность игумена Зосиму и сам же ввел его в управление монастырем, говоря собравшимся мещанам: «Детки милыя. Я тот монастырь держал от Симеона митрополита, а не от вас. А ныне тот монастырь даю Зосиме. А вам, детям моим, почесно чиню — дайте ему ключ из ваших рук». Таким же образом святитель Макарий поступил при назначении священника в Виленскую церковь Николы Перенесение [34].

Кроме неустроенности в церковных делах из-за зловредной деятельности католического Рима, проводимой бискупом Войцехом Табором и бернандинскими монахами, которые неоднократно являлись к вел. кн. Елене, чтобы она приступила к «римскому закону». Так же и ко князьям русским и панам, и к виленским местечком (мещанам), и ко всей Руси греческого закона, и говорили им, чтобы приступили к «римскому закону». Они поставляли божницы римскому закону в русских городах в Полоцку и иных местах, чинили поругание и разные насилия христианам греческого закона, да жены от мужов и детей от отцов с животы отнимаючи, силою окрещивали в «римский закон» [35]. О преследовании православных в то время пишут и католические историки: Ярошевич, Нарбут или же Догиль в своем «Собрании дипломатических актов Литвы и Польши».

Митрополиту Киевскому и всея Руси приходилось быть в весьма сложной политической ситуации, которую постоянно усугубляли сам кн. Александр и его окружение.

Князь Александр, не выполнив данных им обещаний при сватовстве, стал ухудшать и без того натянутые отношения с Москвой тем, что после свадьбы литовское правительство стало оспаривать правомочность титула Иоанна III, хотя и в 1494 году литовские послы и сам князь Александр титул Московского царя — «Божией милостью, Государь Иоанн всея Руси и вел. кн. Владимирский, Московский, Новгородский и всех дргих русских земель» не оспаривали.

В то же время, вместо налаживания толерантных отношений со своим русским населением, православным в своем большинстве про польское католическое правительство Литвы усилило притеснение православных, вследствие чего литовские князья со своими людьми и землями еще активнее стали уходить под защиту московского князя. Так например в то время это совершили: С.И.Бельский, внук В.И.Шемяки и другие [37]. Вел. князь Александр и его окружение стали жаловаться Иоанну III на пограничные настроения.

Московский князь еще более настойчиво стал требовать исполнения договора и прекращения дискриминации православных. И тогда князь Александр решил искать поддержки у своих братьев-католиков Яна-Альбрехта — короля Польского и Владислава — короля Чешско-венгерского [38]. Он им пишет: «Вы должны подать помощь вашему брату не столько по родству, сколько для поддержания святой католической веры, потому что московский князь вместе с подручными литовскими друзьями со времени еще отца вашего Казимира старается уничтожить ее. Теперь же тоже самое: московский князь, узнавши, что брат ваш Александр некоторых русских князей и бояр принудил к принятию католической веры и некоторых казнил, выступил на вашего брата войною с теми князьями, которые бежала к нему из Литвы» [39].

Из буллы папы Александра VI Борждия видно, что кн. Александр, вопреки договору с Иоанном III, уговаривал свою жену кн. Елену перейти в католичество. «Сам же папа укорял кн. Александра за сожительство его с еретичкою и предлагал даже развестись ему с нею» [40].

Как свидетельствуют исторические источники того времени, митрополит Макарий много раз обращался и к самому кн. Александру, с просьбой прекратить поругания над православными людьми в Литовском княжестве; и к самой вел. кн. Елене, чтобы она неуклонно держалась «греческого закона» и выполняла «наказ» своих родителей и не поддавалась «латинскому закону». Такая поддержка со стороны святителя княгине была крайне необходима. Ее окружение постоянно укоряло ее, что она «нехристь», «схизматичка». Ее лишили королевской короны, при коронации ее мужа вел. кн. Александра на престол Польши. Кроме всех этих унижений, папа Римский приказывал кн. Александру, чтобы он лишил кн. Елену всего её имущества и доходов [41].

Папа римский постоянно чувствовал стойкое противодействие всем его проискам со стороны митрополита Макария. Все старания провести флорентийскую унию и подчинить православных папе постоянно терпели неудачи при активном противодействии и стойкой твердости в вере всех православных Литовской Руси во главе с их митрополитом. Поэтому папа стал постоянно требовать от кн. Александра и бискупа Войтеха Табора поставить митрополитом Киевским и Всея Руси склонного к унии еп. Смоленского Иосифа Болгариновича. И кн. Александр «дал» Киевскую митрополию Иосифу. При этом не упоминается ни о каком избрании, да и не могло быть избрания при живом митрополите Макарии. Иосиф был родственником Сапеги, перешедшего в католичество, который был в близких отношениях с вел. кн. Александром [42].

И вот уже 5 апреля 1497 г., почти за месяц до мученической кончины митрополита Макария, патриарх Константинопольский Нифонт пишет послание Иосифу Болгариновичу: «Нифонт, Божей милостию архиепископ Константинополя, Нового Рима и вселенский патриарх, благочестивому и Боголюбивому Иосифу, брату и со служителю, митрополиту Киевскому и Всея Руси» [39]. Следовательно, представление Иосифа патриарху Нифонту было послано кн. Александром еще летом 1496 г. [42].

А в это время митрополит Киевский и Всея Руси Макарий, собрав средства, для восстановления Софии Киевской и Киево-Печерской Лавры, которые в 1493 г. были разграблены крымскими татарами, направился к своему кафедральному городу [43].

Ближайшее окружение владыки Макария не советовали ему ехать в это опасное время в Киев. Но твердый в своих решениях Макарий напомнил, что он митрополит Киевский и должен быть в Киеве, тем белее, что кафедральный город и люди терпят беду. Такая настойчивость владыки ехать в Киев обуславливалась очевидно еще и тем, что кн. Александр, чтобы ещё более унизить русичей, имел намерение отдать Киевское воеводство своему меньшему брату Сигизмунду. Этим бы укрепилась католическая миссия в колыбели Православия на Роуси. Приближенные же кн. Александра заверяли митрополита, что путь в Киев безопасный, поскольку в недавнем времени татары потерпели два поражения в походах на Волынь и на Подолье [44].

Великим Постом митрополит Макарий выехал из Вильно. Плывя со своими спутниками по р. Припять святитель остановился в с. Скригалово (в древности – Стриголово) для совершения Божественной Литургии. Во время литургии получено было известие о внезапном нападении неведомо откуда взявшихся татар. Когда находившиеся в храме донесли об этом святителю, совершавшему службу Божию, он мужественно отвечал им: «Спасайтесь детки, а мне нельзя, я отдаю себя воле Божией». Поручив себя воле Божией, святитель продолжал совершать литургию. Ворвавшиеся в храм татары схватили святителя и обезглавили его у алтаря Господня, спутников же его одних убили, других взяли в плен. Это случилось 1 мая в первый день шестой недели по Пасхе, в понедельник [45]. Есть предположение о том, что во время нападения святитель крепко держал в правой руке св. потир, так что нечестивцам пришлось ее отсечь, так как при мощах священномученика Макария небыло кисти правой руки. Место мученической кончины святителя Макария супрасльская летопись указывает при впадении р. Бжичи в р. Припять. Более точно это место определяет народное предание, сохранившееся в с. Скриголове, находящееся в 35 верстах от Мозыря. Предание гласит, что смерть митрополита случилась в урочище «Гричина», где в старину находилось с. Скригалов в версте от Припяти. Те места люди из-за сырости и мошкары оставили и переселились в более удобные места, где это село находится и сейчас [46].

На месте, где стояла церковь, в которой святитель совершил свою последнюю Божественную литургию на земле, стараниями сотрудников Киевской Духовной Академии и на средства, собранные киевской и минской епархиями сооружена стелла в память 400-летия мученической кончины митрополита киевской и всея Руси Макария.

Важно отметить, что 10 мая 1497 г. от Константинопольского патриарха Нифонта II в Вильно прибыл апокрисиарий для формального поставления в митрополиты Иосифа Болгариновича. И это на 9-ый день после кончины святителя Макария! «Бесспорно, ясно, что это было только извлечение наружу секретно уже существующего назначения Иосифа митрополитом. Равно и прибытие апокрисиария очевидно было фальшивым тоже. 20 августа 1497 г. Иосиф I в послании папе Александру VI пишет: «Я верую и исповедаю, что ты пастырь всех верных и глава Вселенской церкви и всех святых отцов и патриархов… Мы веруем во единого Бога Отца Вседержителя… и во единого Господа Иисуса Христа по Никейскому символу… Веруем и в Духа Святаго, исходящего от Бога Отца, также и от Сына единым дуновением» [47].

Видно не напрасна была поспешность в поставлении архимандрита Виленского монастыря Макария в митрополита Киевского и всея Руси. За время своего служения он успел много сделать для укрепления Православия в Литовской Руси. И не без скорби современник этих событий пишет: «Так Бог попустил по нашим грехам. Грешники мы от ног до головы, но уповаем на Господа Бога. Такая смерть с архиереем Божим случилась для того, чтобы более награжден он был. Он отправился в Киев, желая помочь Софии — церкви Божией, разоренной прежде того теми же нечестивцами… Ужасно, братия, если так случилось с архиереем Божим, по попущению Божию, то мы, как избежим гнева Божия за наши дела? Пред кончиною за 8 дней, некто открыл ему близкое разлучение души его с телом, но он как человек, несколько усомнился. С самого того времени, как приняли мы Крещение, никогда не случалось на земле Русской того, что случилось с архиерем Божим” [48].

Сопоставляя события, изложенные в Супральской и Краткой Волынской летописях, повествующих о разгроме татар кн. Острожским под Мозырем, и фактов, свидетельствующих о поставлении нового митрополита Киевского еще при жизни владыки Макария, становиться очевидным тот факт, что нападение отряда татар на Скрыгалов, где остановился св. Макарий, направлявшийся в Киев для оказания материальной помощи Киево-Печерской Лавре и Софии Киевской, было организовано не без участия Литовского правительства, заинтересованного в устранении от управления мирополией такого стойкого защитника Православия, как священномученик Макарий [49].

1 мая 1997 года паломники Киевской Свято-Макариевской церкви посетили Скригалов и от местных жителей услышали предание: «По убиении святителя Макария нечестивцы волокли обезглавленное тело св. Мученика за ноги к реке Припять, но поскольку там было непроходимое болото, татары бросили тело в непролазной топи, а голову святителя забросили в реку, Позже голову мученика нашли на песчаной отмели реки Днепр».

После нашествия татар нескоро скриголовцам удалось отстроить сожженное селение. И только к концу лета обнаружили местные жители в болотистых зарослях нетленное тело своего архипастыря. Известие это вскоре дошло и до Киева. Тогда иноки Киево-Печерской Лавры с благочестивыми жителями Скригалова благоговейно перенесли честные останки замученного святителя в Киев, куда он так стремился при земном своем бытии. Они торжественно поставили их в Михайловском (правом) пределе Киевского собора св. Софии-Премудрости Божией. Мощи священномученика Макария были в деревянном гробу, и тут же сохранялся его митрополичий кипарисовый крест.

У Скрикаловяев остались воспоминания о том, что когда почетная процессия плыла со св. останками митрополита в Киев на ладьях по Днепру, то поднялась буря и волны были весьма велики, так что боялись утонуть, но около ладьи со св. останками была дивная тишина.

Мощи святителя Макария, со времени установления их в Софиевском соборе, стали чтится всем православным народом и даже католиками. Есть основания считать, что первое официальное прославление св. священномученика Макария было осуществлено по прошению иноков Киево-Печерской Лавры, митрополитом Киевским и Галицким Макарием II в 1547 г. Необходимо иметь в виду то обстоятельство, что в это время Православная церковь Руси была разделена на Западную и Восточную, а отношения между Московиею и Речью Посполитой (Польшей), в которую территориально входила Киевская митрополия, были весьма недружелюбны, следовательно постановления Московских соборов для Киевской митрополии, как и постановления Киевских митрополитов для Московии, не имели силы закона. Поэтому на Московских соборах 1487 и 1549 гг. вопрос о канонизации священномученика Макария митрополита Киевского и веся Руси не рассматривался. Но все же, как поётся в акафисте священномученику Макарию: «Новое знамение милости своея яви Щедродатель Господь граду Киеву, множае четыреста лет нетленны сохраняя честные мощи твоя, священномучениче блажене Макарие…». И мы видим, что со времени Брест-Литовской унии 1596 г., как пишет очевидец: «…сейчас же, по переходе к униатам православных храмов, многие из них были уничтожены…, остался один из них – Святая София, но и этот в таком жалком виде, что богослужение в нем не совершается» [50]. Однако мощи святителя Макария, покоившиеся в Св. Софии, были источником чудотворений. В «Тератургиме» Кальнофойского описываются некоторые чудесные явления, совершавшиеся у мощей священномученика Макария. Вот одно из них, знаменующее судьбу Святой Софии Киевской.

В 1625 году в царствовании польского короля Сигизмунда III при киевском воеводе Фоме Замойском, при митрополите Иове Борецком, господа Андрей Борецкий и Стефан Шимонович, один из деревни Глеваха, а другой из Юровки, ехали рано в Киев по своим делам и перед рассветом прибыли к вратам, именуемым Златыми, из коих выезжая увидели в Софиевской церкви большой свет и услышали весьма приятное пение. Изумились путники, что в пустой церкви так рано отправляют службу Божию и подошли к дверям, но не могли войти, потому что двери были завалены грудой камней. Сквозь трещины стен, оставшиеся после неприятельского разрушения, увидели они на хорах певцов, одетых в белые ризы и в страхе побежали возвестить о том митрополиту. Тогда Иов, задумавшись, рассказал им, что и сам видел. «Видения — говорил он — перед вашим приездом и утрени, я прохаживался в саду и, взглянув на св. Софиевскую церковь, увидел в большом куполе огонь и тотчас послал служителя моего, спросить у сторожа, кто был так рано в церкви с огнем. Но сторож отвечал, что никого не впускал в церковь. Когда служитель возвратился с ответом, святитель сказал предстоящим: помните, чада, слова мои – я уже стар и, быть может, не дождусь, но при моих приемниках возвратится к вам церковь из рук ее похитителей и Господь утешит свой народ, который теперь опечален». В скором времени, в 1633 году, июля 2 дня, исполнилось предсказание святителя. Тогда Киевский митрополит Петро Могила, «по силе данных ему привилегий польским королем Владиславом IV, отобрал от униатов Софиевскую церковь для православной митрополии Киевской и приложил великое попечение о восстановлении оной» [51].

В 1635 г. митрополит Киевский Петро Могила избрал для митрополичьей резиденции церковь Святой Софии в г. Киеве, которая была до основания ограблена униатами. Истрачивая большие суммы, митрополит едва мог поднять ее из развалин и, отчасти, приведенную в благолепие, показать свету [52].

Возобновление Софиевской церкви при Митрополите Петре Могиле пошло так успешно, что уже в 40-е годы XVII века «Софийский храм перестроен по древнему образцу: вид у него прекрасен с которой стороны ни посмотришь, стены его украшены мозаическими изображениями и картинами, составленными из разноцветных, блестящих, подобно стеклу, камешков, столь искусно подобранных, что сии картины трудно отличить от живописных, свод выведен из глиняных горшков, наполненных и отштукатуренных гипсом» [53].

Именно тогда, стараниями митрополита Петра Могилы, рака с мощами священномученика Макария была устроена из красного дерева, и на боковой стороне ее был написан кондак священномученику. С этого времени святые мощи были открыты для постоянного поклонения и перед ними стали совершаться молебные пения.

Память священномученика Макария, митрополита Киевского и всея Руси со времени его кончины праздновалась в день преподобного Макария Египетского – 19 (01.02.). С 1827 года при митрополите Киевском и Галицком Евгении Болховитинове память священномученика Макария стали праздновать 1 (14) мая, в день его мученической кончины. Возможно, так было угодно Богу отметить 400-летие со времени рождения святителя. В этот день после Литургии рака со св. мощами святителя с пением тропаря и кондака священномученика крестным ходом обносились вокруг Софии Киевской.

Так было до 1920 года, когда собором завладели самосвяты-автокефалисты во главе с лишенным сана бывшим протоиереем Василием Липковским. Эта националистическая формация смогла удерживать за собой Софиевский собор до 1933 года. Летом 1933г. из-за неуплаты налогов, связанным тем, что самосвятские церкви посещало мало прихожан, самосвяты отдали ключи от собора большевистским властям и собор был опечатан.

В феврале 1947 года митрополит Киевский и Галицкий экзарх всея Украины Иоанн (Соколов) и управляющий делами экзархии протоиерей Константин Ружицкий перенесли мощи священномученика Макария из Софии Киевской во Владимирский собор г. Киева, где они находятся и поныне.

Священномученик Макарий известен всему православному миру. Ему отдают знаки глубокого почитания каждый христианин в соответствии своим возможностям и способностям.

В конце XIX века император Австро-Венгрии Франц-Иосиф повелел поставить для православных граждан Львова храм во имя священномученика Макария.

Митрополит Харбинский и всего Дальнего Востока Владыка Нестор при малейшей возможности приезжал в г. Киев, чтобы поклониться Печерским угодникам и помолиться священномученику Макарию у его св. мощей.

В 1997 г., в ознаменование 400-летия мученической кончины святителя Макария, общественностью города Киева в Киеве на горе Юрковице была сооружена церковь-школа. В с. Скригалов, где стояла церковь, в которой святитель совершал свою последнюю божественную литургию на земле, силами общественности Белоруссии, Литвы и Украины поставлена памятная стелла и сооружена часовня во имя святого.

В 1952 г. митрополит Киевский и Галицкий Иоанн передал частицу св. мощей Макария Свято-Макариевской церкви г. Киева. Как вспоминает о. Георгий Едлинский, бывший тогда настоятелем этого храма: «Когда Владыка вкладывал св. мощи в ковчежец иконы священномученика Макария (икону специально к этому случаю написал известный украинский художник Ижакевич И.С.), то он со священным благоговением воскликнул: «Они же мягкие, совсем не сухие! Отец Георгий, вот возьмите их». Но батюшка из-за глубокого благоговения перед великой святыней не дерзнул прикоснуться к св. мощам.

Чудотворность святых мощей никогда не оскудевает, невзирая даже на наше недостоинство. Совсем недавно, а именно в 1995 году, когда после ряда святотатских грабежей православных храмов, в том числе и Свято-Макариевской церкви, совершенных безбожными нечестивцами в отместку за стойкость народа в каноническом Православии, отец-настоятель протоирей Анатолий Затовский решил убрать святые мощи Макария от поругания и положил икону с ними в сохранное место. Прихожане, однако, уговорили отца-настоятеля вернуть икону с мощами на прежнее место. И в тот день, когда отец Анатолий положил икону с мощами на прежнее место, разразилась гроза. Внезапно молния ударила в колокольню, прошла по деревянным столбам и балкам, прожигая их. Неожиданно пламя потухло, пожар не разгорелся. На следующий день отец Анатолий отслужил молебен с акафистом священномученику Макарию. С этого времени каждый четверг в храме совершается акафистное богослужение священномученику Макарию митрополиту Киевскому и всея Руси.

Мы часто имеем возможность убедиться в том, что священномученик Макарий окормляет своим заступничеством всех, кто с верою и любовь прибегает к нему в своих молитвах и делах. Он, как и раньше, окормляет всех, твердо стоящих в истинном Православии. И верно мы поем в акафисте: «Радуйся, Макарие, явлением мощей твоих в православии нас утверждали»

 

Ссылки и примечания

1. Титов Феодор, сявщенник. Священномученик Макарий. — 1897. — С. 1

2. Брянцев П.Д. История Литовского государства от древних времен. – Вильно, 1889 — С. 17; Болховитинов Евгений митрополит. Вибрані праці з історії Києва. — С. 102.

3. Известно, что «несториане, бежавшие из Персии от гонений на хрестиан, принесли христианское учение далеко на восток – в Индию, Туркистан и Китай, в связи с чем, в состав образованой Чингисханом империи влилось две народности, исповедовавших христианство. Это были: тюркское племя Уйгуров, живших на границе юго-западной Монголии и северо-восточного Туркестана у горного хребта Тянь-Шань и монгольское племя Кераитов, населявших верховья рекСеленги и Орхона. Кериатам принадлежал и г. Каракурум, который Темучин, по завоевании их племен сделал своей столицей. Благодаря этому обстоятельству, при дворе Великого хана, вместе со служителями других вер, состояли и священники христианские». (Гумилев Л.Н. В поисках вымышленного государства. – СПб., 1994. – С. 159-173, 284-286, 296.; Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т.1. – С. 279).

4. Антонович В.Б. Моя сповідь. К., 1995. С.458-459; Полонська-Василенко Н. История Украины. – К., 1992, С. 316.

5. Болховитинов Евгений митрополит. Вибрані праці з історії Києва. — С. 99. Похилевич Л.И. Сказание о населенных местах Киевской губернии. /Переиздание 1864 г. – Б.-Церковь, 2005. – С. 26.

6. Брянцев П.Д. История… – С.174-175; Макарий, митрополит. История Русской Церкви. – М. 1900, Т. 4. – С. 275.

7. Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т. 1. – С. 309-310

8. Полное собрание русских летописей. СПб., 1897, Т.2. – С. 237; Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т. 1. – С. 311.

9. Грушевский М.С. Духовна Україна. – К.1994. – С.356.

10. Малишевский И.И. Западная Русь в борьбе за веру и народность. СПб. 1895. ч.1. – С. 57.

11. Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т. 1. – С. 365.

12. Собрание древних актов и грамот городов Вильно, Ковно, Торни. – 1843 – С. ХХIV и примечание ІV.

13. Щербицкий О.В. Вилинский Свято-Троицкий монастырь. – Вильно. 1886. – С.4, 8; Макарий, митрополит. История Русской Церкви. – М. 1990. Т. 9. – С. 57-59; Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т. 1. – С. 557.

14. Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т. 1. – С. 533.

15. Виленский Свято-Троицкий монастырь основан при Свято-Троицком храме, построенном тверской княжной Иульянией, второй женой Великого князя Литовского Ольгерда (Альгирдаса), в 1348 году, на месте мученической кончины трех литовских святых: Антония, Иоанна и Евстафия. Эта местность города Вильно называлась «русским», а позже «Острим» концом города. С 1482 г. по 1496 г. настоятелем этого монастыря был архимандрит Макарий по прозвищу «Черт». В 1597 г. монастырь захватили униаты, а потом он был передан монахам -базилианам. После второй мировой войны им завладели униаты (Греко-католики), которые, как это случалось и раннее с храмами отобранными у православных, довели этотхрам до весьма плачевного состояния. (Макарий, митрополит. История Русской Церкви. – М. 1900 – Т. 9 –С. 81, 57-59. Щербицкий О.В. Виленский Свято-Троицкий монастырь. – Вильно, 1886. – С.4-7.).

16. Титов Ф.И. Новейшие исследования жизни и деятельности святителя Макария. К. КДА. 1897 – С.3-4.

17. Макарий, митрополит. История … –– С.82; Вестник Западной России. 1865-1866. Кн. 12. отд.1 – С.70.

18. Антонович В.В. Моя сповідь. –– С.697-698; Грушевский М.С. Ілюстрована історія України. Київ-Львів. 1913. С.147.

19. Антонович В.В. Моя сповідь. — С.458-459. Грушевский М.С. Ілюстрована історія України. Київ-Львів. 1913. С.151; Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т. 1. – С. 544-545.

20. Акты Западной России. Т.1 С.141; Полонська-Василенко Н. Історія К., 1992. — С.332.

21. Полонська-Василенко Н. Історія … С.316.

22. Полонська-Василенко Н. Історія… С.337-339.

23. Акты Западной России. Т.1 С.234-235; Бандыш-Каменский Д.Н. История Малой России. К., 1993. – С. 53.

24. Татары – Крымская орда окончательно сформировались в первой половине ХV века под владычеством Хаджи-Гирея. Стараниями вел. кн. Московского взаимоотношения между Литвой и великой Ордой резко ухудшились и с 1482 года крымские татары под водительством Менглы-Гирея (сын Хаджи-Гирея) начинают свои опустошительне набеги на земли Польши, Литвы и Руси Литовской. Бандыш Каменский Д.Н. История Малой России. К., 1993. – С. 54; Грушевский М.С. Ілюстрована історія України. – Київ – Львів. 1913. –С. 147; Гумелев Л.Н. От Руси до России. М. – 2006г. – С.164.

25. Корольков И., священник. Киевский митрополит Священномученик Макарий и его значение в истории Юго-Западной Церкви. К. 1897. –С. 15, 30 Супрасльская летопись С.141-143.

26. Полонська-Василенко Н. Історія… С.373-37; Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. – М., 1991, Т. 1. – С. 553.

27. Макарий, митрополит. История … –М., 1900, Т.9. – С.86.

28. Полонська-Василенко Н. Історія… С.373-376.

29. Икона «Виленская (Ордигитрия)» по преданию, принадлежит к числу древнейших списком с иконы Божией Матери, написанной Святым Апостолом евангелистом Лукой. Эта икона была послана одному из Галицьких князей Червоной Руси. После падения Галицкого княжества в 1387 году эта икона стала достоянием Московского княжеского дома. В 1453 году она была доставлена в Москву из Византии царевной Софией Палеолог, будущей матерью княжны Елены. Эту святыню в 1495 году Московская княжна Елена получила от своих родителей – великого князя Московского и Всея Руси Иоанна ІІІ и княгини Софии как родительское благословение во время брака с Александром – великим князем Литовским. Поскольку в княжеских покоях места для этой иконы не было (князь Александр и его семья были яростными исповедниками «латинской» веры – католицизма), княжна Елена подарила ее кафедральному Пречистенскому собору. В этом соборе перед венчанием встречал княжну Елену нареченный митрополит Киевский и всея Руси Макарий, там же была она и похоронена. Когда же монастырь отняли у православных католики, то икону перенесли в Свято-Троицкий монастырь. Эта икона одинаково чтится как православными, так и католиками и униатами.

30. «Пречистинский собор» — Церковь Успения Пресвятой Богородицы, построена Великим князем Ольгердом в 1346 году по настоянию своей второй жены Иулянии, Тверской княжны. В 1348 году эту церковь освятил святитель Алексий, митрополит Киевский и всея Руси. При князе Витовте в ней, как в кафедральном соборе, совершал Богослужения Григорий Цымблак, митрополит Киевский и всея Руси. После захвата Пречистенского собора униатами Виленская икона Божьей матери была в Троицком монастыре города Вильно. Возле Пречистенского собора были захоронены тела: великого князя Литовского Альгердаса (+1377), великой княгини Иулиании жены великого князя Литовского Альгердаса (+1292), Княгини Елены, жены великого князя и короля Александра (+1513).

31. Церковь Покрова Пресвятой Богородицы, о коей шла речь, находилась в городе Вильно в конце улицы Пречистинской при пересечении с улицей Покровской. (Акты Виленской комиссии для разбора древних актов. — Вильно. 1893. Т.20 –С.11).

32. Жена вел. князя Литовского Ольгерда Гедеминовича Мария Ярославовна, после смерти своего отца князя витебского Ярослава Васильевича (+1320) поставила на «русском конце» г. Вильно церковь во имя Святого Духа. Эта церковь была сооружзена недалеко от «Острой Брамы» (ворот) города Вильно. В этой местности города в те времена было поселение русских купцов, поэтому эта местность одно время и называлась «русский конец». В последствии около церкви образовался русский монастырь, который стоит и по сей день. Сейчас в церкви Святого Духа находится рака с мощами трех литовских мучеников – Антония, Иоанна и Евстафия. (Макарий, митрополит. История Русской Церкви. – М., 1900, Т.9. – С.86; Акты Западной России. – СПб, 1846-53, Т.1. – С.180.)

33. Титов Ф.И., священник. Священномученик Макарий. К. 1897. – С.10. Орловский П.И., священник. Сказание о священномученике Макарие. К. 1848. с.12.

34. Брянцев П.Д. Историия…- С. 299; Макарий, митрополит. История … –М., 1900, Т.9. – С.87.

35. Акты, относящиеся к Западной России. Т.1 С.207.

36. Бантыш-Каменский. История Малой России. К. 1993., — С. 57.

37. Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописании ее деятелей. т.1. СПб. 1874. Акты Западной России т.1. С.188. Грушевский М.С. Очерки истории украинского народа. – Киев, 1991, — С.111.

38. Иоанн Альбрехт (Jan Olbrecht) (1459-1501) – любимый сын Казимира Ягеллончика (1427-1492). В 1491 году Альбрехт пытался свергнуть своего брата Владислава с венгерского престола. Попытка не удалась – он попал в плен. В 1492 году, после смерти Казимира, он становится королем Польши. В 1497 году в войне Польши с Молдовой Альбрехт потерпел поражение. Его войска были разбиты в Буковине Стефаном Молдовским. В этой войне принимали участие и литовские войска. Александр, великий князь Литовский, отклонил просьбу Иоанна III великого князя Московского, и послал свои войска в помощь своему брату Альбрехту. А своему тестю Иоанну III ответил: «Я всегда надеялся, что зять тебе дороже свата. Вижу противное». Владислав II Казимирович (1456-1516) король чешский — с 1471г., король венгерский — с 1490 г., наследник королевской власти Габсбургов в Чехии и Венгрии 1515 г. (Бандыш-Каменский Д.Н. История Малой России. – К., 1993. – С.57; Encyklopedia Powszechna. – PWN, Warszawa, 1973, Т.1.-L.49.)

39. Акты Западной России СПб, 1846-53, Т.1 С.188.

40. Брянцев П.Д. Историия… С.304.

41. Карташев А.В. Очерки… С.557. Грушевский М.С. Очерки истории украинского народа. – Киев, 1991, — С.113. Завитневич В.З. Труды КДА. 1890. т.2. с.153-155; Корольков И., священник, киевский митрополит священномученик Макарий и его значение в истории Юго-Западной церкви. – Киев, 1894 – С.15, 30.

42. Карташев А.В. Очерки… С.556.

43. Зимой 1493 года хан Менглы-Гирей совершил опустошение Киева по побуждению вел. Кн. Московского Иоанна III. Тогда были разрушены: Киево-Печерская Лавра, Софиевский собор и разграблены окрестности Чернигова. Только ранний разлив Днепра побудил татар вернуться в Перекоп. Бантыш-Каменский. История Малой России. К. 1993., — С. 55.

44. Волинський короткий литопис /Полное собрание русских летописей – Ленинград, Наука, 1989. – Л.69 на обороті, Л.70.

45. Титов Ф.И. Священномученик Макарий… С.15.

46. Супрасльская летопись. С.145-147. Волинський короткий литопис /Полное собрание русских летописей – Ленинград, Наука, 1989. – Л.70.

47. Карташев А.В. Очерки… С.559-560.

48. Супрасльская летопись. С.146; Орловский П.И., священник, К. 1848. – С.12.

49. Карташев А.В. Очерки… С.557; Волинський короткий литопис /Полное собрание русских летописей – Ленинград, Наука, 1989. – Л.70.

50. Косов С. Сборник материалов по исторической топографии Киева. Киев 1874. Отд.2. С.16, 23-24. Захарченко М.М. Киев теперь и прежде. -К., 1995. – С.60.

51. Кальнофойский Анастасий Тератергим Киево-Печерской Лавры. Киев 1638. С.195-199, 297.

52. Кальнофойский Анастасий Тератергим Киево-Печерской Лавры. Киев 1638. С.297.

53. Косов С. Сборник материалов по исторической топографии Киева. Киев 1874. Отд.2. С.26.

Использованная литература

Бантыш-Каменский Д.Н. История Малой России. К. 1993

Завитневич В.З. Труды Киевской Духовной Академии Т1, К. 1890

Захарченко М.М. Киев теперь и прежде. К. 1888

Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописании ее деятелей. т.1. СПб. 1874.

Орловский П.И.Сказание о священномученике Макарии митрополите Киевском и всея Руси К.1842

Щербицкий О.В. Виленский Свято-Троицкий монастырь. Вильно, 1886

Dlugosh Jan Dziejowie Polski. Kracowie, 1638

Shymon Starowolski. Polska, alboopisanie pologenia Krolestwa Polskiege, 1632-1976.

Дата публикации: 23.07.2013