Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > События > Почему архиепископ Лука забрал иконостас из Хортицы?

События

Почему архиепископ Лука забрал иконостас из Хортицы?


В Запорожье скандал: из Покровской церкви на острове Хортица представители Украинской Православной Церкви вывезли все ценные иконы и даже казацкий иконостас. Произошло это после того, как между епархией и заповедником, которому принадлежит здание храма, истек срок действия договора аренды. Чтобы разобраться, что же произошло на самом деле, предлагаем читателям пояснения архиепископа Запорожского и Мелитопольского Луки (Коваленко).

Иконостас Покровской церкви в Хортице

Архиепископ Лука у подаренного бизнесменом Анисимовым иконостаса, 2012 год

 

Недавно из средств массовой информации я узнал о вопиющем факте осквернения Покровского храма, что на Хортице: глубокой ночью московско-поповское иго, аки тать (то есть «как вор»), прорвавши оборонительные кордоны Сечи Запорожской, похитило все, что с незапамятных времен было нажито доблестными запорожскими казаками и бережно хранилось многие годы музейным протекторатом. Описанные в публикации факты вандализма относительно казачьей святыни ввергли меня в шок, так как Божией волей и решением Священного Синода УПЦ уже не первый год возглавляю Синодальный отдел по делам пастырской опеки казачества Украины и их боль – боль моя в той же мере.

Именно такое впечатление создалось у меня после прочтения информации из прессы.

В связи с этим хочу прояснить пошагово моменты, которые, то ли по неразумению, то ли по умыслу недоброму, были искажены и перевернуты в опубликованном материале.

«Холодным февральским днем храм опустел», – читаем мы в прессе, и сразу сжимается сердце, а на глазах наворачиваются слезы: даже полы, небось, посрывали «попы-изуверы» – рождается мысль!

Но так ли это было? Вернемся немного в прошлое. 2012 год. Запорожская епархия УПЦ, тогда еще не «московское пОпство», а единая Церковь, заключила с музеем «Запорожская Сечь» договор о совместном использовании храмовой постройки, находящейся на территории историко-культурного комплекса, для превращения сооружения в действующий храм, чтобы он стал «настоящим духовным центром для верующих всей Украины» (цитата из публикации в прессе).

Епархия заботилась не только о богослужебной деятельности в храме, но и о его благолепии: по акту приема-передачи на временное хранение (таковы были условия дирекции музея) историко-культурному комплексу «Запорожская Сечь» был передан старинный иконостас, подаренный Запорожской епархии УПЦ бизнесменом Евгением Анисимовым. С разрешения парафии Никольского храма (что на Песчаной), для благолепного совершения богослужений (не музею, а православной общине, духовно окормляющейся при храме) была передана икона «Царь Славы», которую, непонятно на каком основании музей присвоил себе и оприходовал. В храм была завезена принадлежащая Запорожской епархии церковная утварь, иконы и все необходимое для совершения богослужений. Был освящен Престол – Святая Трапеза.

До последнего времени никаких нареканий на Запорожскую епархию не было. Однако, после печально известных событий в Киеве, после которых все, кому дороги свои должности, стали ярыми «щирыми» украинцами, приставка «Московский Патриархат», прилепленная доблестными работниками пера, стала доминирующей в названии Украинской Православной Церкви, и пугающей, словно беженец из лепрозория.

«Епархия не пошла на заключение нового договора», — говорит в статье Михаил Левченко – руководитель «Запорожской Сечи». Но так ли это? Мы знали, что срок действия договора подходит к концу, а различные высказывания руководства заповедника, мягко намекающие на нежелательность нашего присутствия на украинском острове, дали нам понять, что продлить договор будет непросто. Как оказалось – невозможно.

Мы заранее стали высказывать предложения о нашем желании продолжить сотрудничество, однако они растворились в бюрократической среде заповедника. Обращались за помощью в Запорожскую ОГА. Ссылаясь на быль и небыль, руководство заповедника нам рассказывало о невозможности дальнейшего сотрудничества (разумеется, не по инициативе, исходящей от руководства заповедника, но от «начальства из Киева»).

Всё это привело к тому, что «холодным февральским днем» (уж больно слог хорош) иерея Андрея Иванюка — помощника настоятеля Покровского храма (настоятель там, согласно указа – архиепископ Лука) — поставили перед фактом: договор окончен, собирайте свои вещи и уходите. Отец Андрей незамедлительно уведомил протоиерея Олега Семенчука – благочинного Запорожского Правобережного церковного округа, в ведомстве которого находился хортицкий Покровский храм, и отец Олег начал переговоры с музеем.

Разделяя скорбь Михаила Левченко о духовной утрате, смею констатировать факт, что фактически «выгнала» нас с острова «могущественная» Татьяна Николаевна (замдиректора заповедника), которая в телефонном разговоре с о.Олегом сказала, что «срок действия договора окончен, вы там не имеете права что-либо делать. Пишите письмо и забирайте все свои вещи, утварь и иконостас». Как видно, более могущественная, чем руководитель музея, который, как мы можем понять из прессы, и знать не знал о «подлых происках и возможном исходе» Запорожской епархии из музея. Вообще, позиция руководства музея, на мой взгляд, является достаточно странной: они говорят, что готовы к сотрудничеству, но на деле закрывают перед носом дверь.

«Мы попросили лавку, что работала в церкви, закрыть, — говорит Михаил Левченко. – Когда они (епархия — прим. авт.) узнали, что лавки не будет, интерес к сотрудничеству совсем пропал». С его слов можно подумать, что лавка «давала» основной доход епархии: за счет валовых продаж епархия оплачивала ремонт военному госпиталю, помощь переселенцам, содержит детский дом, фотокурсы, симфонический оркестр, благотворительные проекты и еще много чего. Одно странно, но – иерей Андрей Иванюк, служащий в данном храме, жил за счет денежного пособия, выплачиваемого Архиерейским Покровским собором. Епархия, судя по высказываниям М.Левченко, «выгребала» все, так что не оставалось даже на содержание служащего священника.

Что касается «воровства» освященного Престола и процедуры «рассвячения» храма. Отрадно, что работники музея являются знатоками церковных канонов и знают, что «Престол, согласно жестким канонам церкви, изготовляется и устанавливается по всем правилам, это большая святыня». Жаль, что они не в курсе, что служение иноверцев оскверняет эту святыню, и наша просьба не позволять допускать к освященному нами Престолу представителей иных конфессий была отвергнута.

Как епархиальный архиерей, я ответственен за сохранение святыни и не могу допустить осквернения ее, потому, чтобы не каяться пред Богом о своей халатности: «Боже, приидоша языцы в достояние Твое, оскверниша храм святый Твой» (Пс.78:1), я был вынужден Престол, который должен стоять недвижим до скончания века, оградить от посягательств и осквернения, и распорядился о его переносе в Архиерейский Покровский собор.

Также, соглашусь с высказыванием Михаила Левченко, что «не должно быть на территории какой-то титульной конфессии». На протяжении своего служения я всегда говорил, что наш край поликонфессиональный. Да, мы являемся самой большой конфессией в регионе, но не единственной. Однако, желательно чтобы имеющие историческое образование люди задали себе вопрос: какая конфессия действовала на Хортице во все века, кто по вероисповеданию были казаки и кому подчинялись административно-иерархически казачьи храмы? Надеюсь, что ответ на этот вопрос будет не политически заангажированным и не пропущенным через квазипатриотическую призму.

Со своей стороны, хочу еще раз заявить: Запорожская епархия Украинской Православной Церкви готова к продолжению сотрудничества, но служить в месте, в котором каждый называющий себя «пастором» будет проповедовать «слово своей истины» мы, по Церковным Канонам, не имеем права.

Лука, архиепископ Запорожский и Мелитопольский

Дата публикации: 23.02.2015