Христианство и наука: роль Православия

Научные коррективы и апофатическое богословие


(Оливье Клеман — профессор Парижского Православного богословского института св. Сергия, автор ряда книг, среди которых «Истоки христианского мистицизма», «Мир восточного христианства» и др.)


Сколько людей за последние три — четыре столетия утратили веру вследствие того, что отождествляли ее с концепциями, ошибочность или недостаточность которых продемонстрировала наука?


Коперник и Галилей поколебали веру тех, кто придавал пространственный характер трансцендентному, понимая библейские слова «небо» и «сверху» буквально.


Ньютон, открыв закон всемирного тяготения, выбил почву из-под ног у тех, кому Бог представлялся как «великий часовщик».


«Эволюционисты» обратили в неверие тех, кто материализовал условия жизни в раю и искал при этом подтверждения своих взглядов в палеонтологии, рассматривая Божественный акт творения не как вневременной, постоянно длящийся, «на грани времени и вечности», по словам св. Василия Великого, а как полностью завершенный в седьмой день.


Фейербах, Маркс, Фрейд последовательно обесценили веру тех , кто возносился в небеса, убегая от реальности и сублимируя в этих воображаемых небесах свое жизненное бессилие и детские страхи, для кого Бог выступал в качестве более чистого человечества, жандарма, палача или отца-садиста.


Скольким людям еще предстоит утратить веру в случае, если генные манипуляции позволят осуществлять контролируемые соматические мутации (что уже проводится с некоторыми растениями и животными), в случае отождествление Бога лишь с неким cosmos poetos?


Сколько людей, приступив к науке, утрачивают веру потому, что их Бог не более чем Бог теизма, обосновывающий принцип, чисто философская гипотеза, в целом совершенно бесполезная и неудобоприемлемая для исследователя?


Наука нередко предстает в образе святотатца, десакрализируя космос и душу человека, уничтожая привычные образы Бога…


…По мнению свт. Григория Нисского, всякое понятие, будучи соотнесено с Божеством, становится иллюзией, ложным представлением, неким идолом, созданным рассудком. «Бог — это Тот, Кому принадлежит право не быть сравниваемым ни с чем».


Галилей, Фрейд, Пригожин предстают для апофатического богословия как разрушители мифов. Апофатизм Православия позволяет воспринимать научное развитие, не испытывая страха перед ним, осмыслять его изнутри и, возможно, изменять его направление. Таким образом, наука помогает нам очистить путь к Богу от всяких идолопоклоннических, магических тенденций, от «антропоморфизмов» и «космоморфизмов», по терминологии Бердяева.


Тайна Божества не расположена с наукой в единой плоскости, она не является некоей оградой, которую из-за достижений науки приходится переносить все дальше и дальше. Она лежит совсем в ином измерении, проникнуть в которое мы способны лишь посредством изменения нашей жизни, «очищения разума», «воссоединения ума и сердца», воссоздания нашей целостности в том нескончаемом Свете, которым является Христос.


Перевод с французского Полины Окуловой,
факультет иностранной филологии Киевского университета им. Т.Г. Шевченко

У этой записи 2 комментариев

  1. Геннадий

    Андрей. Вы отличный демагог, но по сути, конечно, не правы. Наука безусловно, может влиять на любого человека, в том числе и верующего. Для того Бог и дал человеку разум, чтобы думать и искать Истину, в том числе и в науке. Наука, это то, что угодно Богу и началась она со Слова.

  2. Андрей

    Как и все другое, наука является следствием того, что творит человек от избытка сердца своего. Сама по себе, наука ни плоха, ни хороша. Она — инструмент, посредством которого человек демонстрирует степень совершенства своего восприятия мира. А значит, наука не может влиять на истино верующего человека, который прекрасно осознает, что дела человеческие — лишь пыль у престола Божьего.
    С тех пор, как Христос научил апостолов улавливать человеков во имя Бога, находится немало желающих ловить людей с другими целями. Методы их — капканы, терзающие душу и рвущие плоть. Но в том то и величие Бога, что даже попавший в капкан имеет шанс на спасение, обратившись к Отцу Небесному. А боль должна лишь подтолкнуть заблудшего в нужную сторону.
    Христьянство, наиболее полно раскрытое в православии, тем и спасает нас, что дает возможность реализовать Богом данное право называть вещи своими именами. И не только в науке, везде без христианского учения человек глух, нем и слеп и является легкой добычей.
    Да, наука часто грешит поисками ненужных путей. Она часто использует те же подходы, которые свойственны человеку, занятому поиском ответа на вопрос: наполовину полон или пуст стакан, содержащий воду. Дискуссия на эту тему может длиться вечно. Но… Только не между православными христианами. Потому как именно они, зная что Господь триедин, не увидят в дискуссии вопроса, достойного обсуждения. Ведь и в самом деле: не видев наливали или отливали воду, как можно говорить об остальном. И раз уж спор имеет место, то что толкает спорящих на бессмысленную тату сил. И разве виновата наука, если под этим словом понимать поиск истины, в том что часто учеными называют себя те, кто занят другим делом.
    Трехмерное мышление — награда христьянину, которую нельзя купить, выменять, заслужить или приобрести каким-либо другим способом. Это мышление можно только вырастить в себе, исполняя все то, что велел Господь. И это непросто в миру, полном бессмысленных споров. Но велика и награда. Ничто, никакой капкан не сможет навредить или обеспокоить в большей чем должно степени. Нигде и ни в чем такой человек не станет тратить сил больше, чем нужно на самом деле. И
    Наука, как еще одна сфера деятельности человека — всего лишь зеркало, в котором отражается состояние души. А посему — нечего на зеркало пенять…

Добавить комментарий