Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Богослужение > О «певческом» переводе Херувимской песни

Богослужение

О «певческом» переводе Херувимской песни


В настоящей статье речь пойдёт о гимне «Иже херувимы», точнее о попытках изложить его смысл доступно по-русски и по-украински, не уходя при этом далеко от его церковнославянского «прототипа», чтобы искомый текст «укладывался» в традиционные мелодии песнопения (на примере известной музыки херувимской N 7 «Царской» Дм. Бортнянского).


Церковнославянский богослужебный текст херувимской песни общеизвестен:


Иже херувимы тайно образующее
И животворящей Троице трисвятую песнь припевающе,
Всякое ныне житейское отложим попечение.
Яко да Царя всех подимем,
Ангельськими, невидимо дориносима чинми. Аллилуя!


Как видно, ясность смысла херувимской сильно затемнена церковнославянской калькой древнегреческого «Ύροδέxομαι» — «Подимем». В нотных текстах это слово часто передается на письме и в пении как «Подымем», хотя в контексте Евхаристии речь может идти и о принятии Христа, как Высочайшего Гостя в Причащении. При этом глагол «подимем» несомненно устанавливает вертикальную иерархию общения верных со Христом-Царем: воплотившийся Логос — вторая божественная Ипостась единосущной и нераздельной Пресвятой Троицы, по определению — в Вышних, а все верные — «под» Ним, на нижних ступенях иерархической «неоплатонической» лестницы (чит. Дионисий Ареопагит «О небесной Иерархии»).


Вторая трудность для лаконичного русско-украинского изложения гимна заключена в малопонятном церковнославянском выражении: «…ангельскими невидимо дориносима чинми». По-русски и по-украински приходилось не переводить, а описывать эту, так сказать, «дориносимую» ситуацию. (Само словосочетание «дориносимо» состоит из двух частей: др.греч. «дори» — копьё + славянское «носима» — носяще).


Автор гимна «Иже херувимы» провел поэтическую параллель между триумфальным шествием Императора-победителя в окружении эскорта воинов-копьеносцев, — с одной стороны, и торжественным входом духовенства в алтарь со Святыми Дарами — символами присутствия в общине Христа-Царя, несущими скрещенные малые копья и кресты-«щиты» — орудия жертвенной победы Спасителя над смертью, — с другой. Как Цезарь высоко стоял на щите, под которым воины скрещивали свои копья, так и Святые Дары высоко держат над головой православные священнослужители. Как Император был «копьеносимым», так, невидимо, литургически, и Христос «копьеносим» ангельским воинством. (В константинопольском храме Святой Софии число священнослужителей-копьеносцев достигало 300 человек!).


В храмах Русской Церкви иногда можно увидеть литографическую икону, иллюстрирующую Великий вход, которая так и называется «Иже херувимы». На ней изображён, величественно восседающий на троне Христос, которого несёт бесчисленное множество, окружающих Его, ангелов-копьеносцев.


И икона, и гимн «Иже херувимы» напоминают, что на Великом входе верные мистически присоединяются к сопровождающим Христа-Царя ангельским чинам: архангелов, херувимов, серафимов, престолов, властей и др., что сама Божественная Литургия есть Небо на земле: что само участие в Таинстве Божественной Литургии, во встрече «коьеносимого» Христа, уподобляет верных образу служения ангелов и, что для достойного принятия (Ύροδέxομαι) Христа в свою душу в евхаристическом причащении, как высочайшего Гостя, как Царя всех — всего Мира, необходимо отвергнуть, изгладить из памяти, забыть все житейские заботы (треволнения).


В свете вышесказанного текст херувимской в переводе приобретает следующий «певческий» вид:


По-русски


1


Мы (все), образ херувимов в Тайне сей являюще
И животворящей Троице трисвятую песнь с ними воспевающе,
Всякое ныне житейское отложим попечение,
Чтоб (или: Да) сопроводить нам Царя всего Міра
Со копьеносным воинством всех ангелов незримых. Аллилуйя!


2


Мы (все), образ херувимов в Тайне сей являюще
И животворящей Троице трисвятую песнь с ними воспевающе,
Всякое ныне житейское отложим попечение,
Дабы нам приняти (принять) Царя всего Міра
С ангельскими, незримыми (невидимыми)
И копьеносными чинми. Аллилуйя!


3


Мы (все), образ херувимов в Тайне сей являюще
И животворящей Троице трисвятую песнь с ними воспевающе,
Забудем ныне все житейские волнения (или: все земные попечения),
Ибо мы Царя всех подымем (или: приимем)
С ангельскими, незримыми (невидимыми)
И копьеносными чинми. Аллилуйя!


По-украински


1


Ми (всі), образ херувимів в Тайні цій являючи
І животворчій Трійці трисвяту(ю) піснь з ними співаючи,
Всяке нині житейське відкладемо піклування,
Щоб нам супроводити Царя всього Світу
З ангельськими, незримими (невидимими)
І списоносними (коп’єносними) чиньми. Алилуя!


2


Ми (всі), образ херувимів в Тайні цій являючи
І животворчій Трійці трисвяту(ю) піснь з ними співаючи,
Всяке нині житейське відкладемо піклування,
Щоби нам прийняти Царя всього Світу,
З ангельськими, незримими (невидимими)
І списоносними (коп’єносними) чиньми. Алилуя!


3


Ми — ті, що херувимів в Тайні цій являємо
І животворчій Трійці трисвяту(ю) пісню з ними співаємо,
Забудьмо нині всі життєві (земнії) хвилювання,
Щоб нам супроводити Царя всього Світу,
Із списоносним (коп’єносним) воїнством
Всіх ангелів незримих. Алилуя!


Примечание для музыкантов: чтобы тексты под N1 и N2 удобно «укладывались» в мелодию херувимской N 7 Дм. Бортнянского, вступление партии сопран в первом стихе гимна должно иметь место на четвёртой доле первого такта. В скобках даны дополнительные варианты или сегменты «певческого» изложения гимна.


И, в заключении, прилагается поэтическое осмысление гимна «Иже херувимы»:


Мы образ светлый херувимов
В сей Тайной Вечере являем
И с ними Троице Святой
Святой гимн трижды воспеваем.


Отвергнем ныне все сомненья,
Житейской бури попеченья —
Царя приимем: днесь, незримы,
Несут Его всех ангел чины!


В десницах копья, в шуйцах крест —
Встречаем мы Христа с Небес!
«Маранафа!» — Господь грядет,
«О, аллилуя!» — Мир поет!

Дата публикации: 05.12.2009