Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Наши встречи > Современная молодежь в Церкви. Проблемы и пути их решения

Наши встречи

Современная молодежь в Церкви. Проблемы и пути их решения


 

С 16 по 22 февраля 2005 года проходила конференция православных молодежных лидеров «Современная молодежь в Церкви: проблемы и пути их решения», организованная Патриаршим центром духовного развития детей и молодежи совместно с Отделом по делам молодежи Московского Патриархата и Всероссийским православным молодежным движением. В работе приняли участие руководители и сотрудники Отделов по делам молодёжи из 25 епархий Русской Православной Церкви, а также клирики и миряне — представители 7 молодёжных международных и региональных религиозных и общественных молодёжных организаций. Всего более 90 человек.

 

Все документы и сопутствующие материалы можно найти на сайте Патриаршего Центра: www.cdrm.ru/conf

 

Мы предлагаем интервью о работе и итогах конференции с Игуменом Петром (Мещериновым), насельником Данилова монастыря Москвы и руководителем Школы молодежного служения Патриаршего центра духовного развития детей и молодежи. Интервьюер — Юрий Белановский, сотрудник Патриаршего Центра Духовного развития детей и молодежи.

 

 

 

Ю.Б.: C 16 по 22 февраля 2005 года 15 состоялась общецерковная молодежная конференция «Современная молодежь в Церкви: проблемы и пути их решения», в которой приняли участие представители 25 епархий. Название определило направления работы конференции. Как бы Вы охарактеризовали саму проблему: молодежь и Церковь?

 

о. Петр: Я вспоминаю встречу сотрудников нашего Центра с митрополитом Кириллом, которая состоялась год назад, и мне очень понравилась мысль владыки о том, что неправомерно выделять молодежь как особую группу. Молодежь — эти те же люди, только им свойственно более острое восприятие всех вещей и вообще жизни — более острое, более жизненное, более радостное. Поэтому молодежь является неким индикатором проблем, общих для всех людей — и зрелых, и пожилых. Другое дело, что наша молодежь — другая, чем мы в советское время, она по-другому относится ко многим вещам. Я с радостью наблюдаю, что для них недостаточны ссылки на какую-то традицию, авторитет, им нужно доказывать то, что ты говоришь. Они более требовательны к добросовестности, более открыты к правде жизни, более честны, более смелы. Поэтому они являются индикатором проблем, которые общи всем. В то же время, люди взрослые, будучи интеллектуально зрелыми, имея семьи, проще живут частной жизнью, проще абстрагируются от многих проблем. Молодежь в этом смысле гораздо более социальна, ей необходимо общение, ей необходимо какое-то совместное делание, ей необходим, наконец, поиск смысла во всем. И если говорить о молодежных проблемах в Церкви, то молодежь в Церкви часто брошена, она особо никому не нужна и воспринимается как часть прихожан. Специальной молодежной работы в Церкви почти нет. Это главная проблема.

 

Ю.Б.: Мне вспоминается мысль владыки Кирилла, которую он основывал на собственном примере, что этот небольшой отрезок времени — молодость — дан человеку как этап его становления и развития, причем в этом отношении, наиболее плодотворный и продуктивный, когда человек может многое для себя сделать сам и привлечь ресурс извне для построения своей будущей жизни. Как это должно быть соотнесено с Церковью, ведь Церковь тоже должна помогать человеку в этом становлении?

 

о. Петр: Дело в том, что Церковь по природе, как пишет свт. Феофан Затворник, многогранна и обязательно содержит в себе как личную жизнь духовную, так и жизнь общинную, где люди могут на деле реализовывать то, что они получают в учении Христовом, т.е. возможность творить добрые дела, иметь общение друг с другом и тому подобное. Одна из особенностей молодежи в том, что она как никакая другая группа нуждается в этом. И поэтому задача Церкви не только в том, чтобы человек ходил на богослужения и спасался индивидуально, но и во всей своей жизни становился христианином, а это возможно именно при развитой общинной жизни. В то же время — на фоне успехов протестантов — наша Церковь почти ничего не делает. От церковных структур молодежь не получает почти никакой помощи, — ни материальной, ни духовной. Ведь задача церковных молодежных структур еще и в том, чтобы происходила смена поколений, чтобы были определенные устои, наработанные формы работы, которые могли быть использованы следующим поколением людей. Всего этого, к сожалению, нет, все держится только на энтузиазме.

 

Ю.Б.: Очевидно, что если мы хотим, чтобы у нас было будущее, мы должны планомерно серьезно и ответственно строить какую-то работу. Почему этой работы почти нет?

 

о. Петр: Я думаю, этому есть две причины. Первая в том, что мы своим менталитетом, своим церковно-историческим сознанием находимся в совершенно другой эпохе, мы не осмыслили современность. Это идеологическая проблема, ее корень в том, что Церковь более полутора тысяч лет существовала в состоянии симфонии, определенного симбиоза с государством. Часть церковных проблем решалась государством, часть государственных — Церковью. Можно по-разному относиться к этой эпохе, это историческая данность, и я думаю, что хорошего в этом сотрудничестве было не меньше, чем плохого. Многие в наше время не осознали и не хотят осознавать то, что эта эпоха закончилась. Это отнюдь не значит, что не надо сотрудничать, сотрудничать надо, где к этому есть хоть малейшая возможность. Однако мы уже перешли в новую историческую эпоху. Сейчас Церковь свободна, но она оказалась к этому совершенно не готова. Это первая причина. А вторая причина — в том, что нет денег, а когда они есть, они больше идут на материальную сторону жизни: восстановление храмов, а не на устроение жизни церковной в полноте. Созидать храмы естественно и законно, но за 15 лет раствор, как говорят химики, уже приблизился к насыщению, и поэтому уже необходимо переориентировать распределение материальных средств с внешней стороны на внутреннюю, пастырскую. Нужно созидать не только стены, но и Церковь как Тело Христово. Святейший Патриарх на последнем Епархиальном собрании Москвы с тревогой и болью указывал на коммерциализацию Церкви, т. е. на то, что церковные средства расходуются не на пастырские цели. Эти две причины достаточно серьезные, они лежат в основе того, что ничего никому не нужно.

 

Ю.Б.: Как с этим соотнести еще вот такой вопрос. Почему-то в сознании большой части общества происходит позиционирование Церкви как организации, занимающейся социально неблагополучными слоями населения. Дескать, пусть Церковь работает в интернатах, детских домах, тюрьмах и домах престарелых, но когда дело касается наиболее здоровой и активной части молодежи, сосредоточенной в школах и вузах, то здесь уже не только общество, но, к сожалению, и Церковь не мыслят себя как активную структуру. Как вы можете это прокомментировать?

 

о. Петр: Я думаю, что это прямое наследие советских времен. Кроме того, эту ситуацию демонстрирует расцерковление общества и даже, я бы сказал, антицерковность общества, несмотря на внешнюю кажущуюся благоприятную обстановку. Государство не в состоянии наладить работу с теми, кому сейчас трудно, у кого трудности в жизни. И поэтому в эту область пускают Церковь. От Церкви ждут не церковного проявления, а некой социальной смиренности: тяжелый труд, низкие зарплаты и т. д. Люди отказываются понять одну простую вещь: общество, граждане которого строят свою жизнь на ценностях, не совместимых с христианством, болеет в своей основе. Обществу нужны христианские ценности, ибо они способны направить жизнь людей в созидательное русло. Конечно, мы не можем пренебрегать свободой выбора, но засвидетельствовать об этих ценностях и, прежде всего, перед самой активной и плодотворной частью общества — детьми и молодежью — мы обязаны. При этом надо понимать, что христианские ценности не исчерпываются монашескими идеалами.

 

Ю.Б.: Не получается ли так, что за эти 15 лет Церковь не смогла наладить систему профессиональной подготовки кадров в областях внешней деятельности, например, в областях миссионерства, социальной работы, духовно-нравственной работы в школах и вузах, аналитической деятельности и т. д.? Другими словами, люди не встречают никакого профессионализма и в связи с этим не настроены к сотрудничеству с Церковью.

 

о. Петр: Это правда. Я вспоминаю замечательных пастырей советского времени, например, о. Сергия Желудкова, который пророчески говорил: «Обязательно придет время, когда советский режим пройдет и когда священники получат возможность нести публичное общественное слово. Вы представляете, что они понесут?» И действительно, мы видим, что священники получили слово и они «несут» в буквальном смысле этого слова. Это большая проблема, она существовала не только в наше время, но именно в наше время она особо острая в силу расцерковленности общества. Почему-то считается, что то, что говорят пастыри, и есть учение Церкви — это связано с тем, что люди его (учение) не знают. К сожалению, когда мы сталкиваемся с образом Церкви, в котором не малое количество пастырей предстают в качестве «учителей» Церкви, образца церковной жизни, то у многих людей нет желания с такой Церковью сотрудничать. Это уже, безусловно, внутрицерковная проблема.

 

Ю.Б.: Очень интересным фактом, связанным с конференцией является то, что это не была конференция в обычном общепринятом виде, когда группа неких умных людей поучает зал. Были собраны деятельные представители из епархий, т. е. были приглашены молодежные лидеры, профессионалы — такие, какие есть. Насколько я понимаю, на конференции обсуждался узкий круг вопросов. И это был первый пробный шаг. Что Вы скажете по этому вопросу?

 

о. Петр: Вопросы были подняты очень волнующие. Когда мы говорим о глобальных вещах, то всегда сталкиваемся с вопросами жизни Церкви и общества. На конференции обсуждались исключительно церковные вопросы, мне кажется, с достаточной полнотой и глубиной, т. е. все важные проблемы были подняты. Мысли и предложения, высказанные на конференции, были учтены.

 

Ю.Б.: Какие документы были представлены к обсуждению?

 

о. Петр: Обсуждались следующие документы: Во-первых, это «Основные положения концепции духовного развития человека», затем «Миссия, катехизация и религиозное образование среди современной молодежи», «Церковная община, литургическая жизнь и христианское служение» где, в частности, были затронуты вопросы жизни молодого человека в церковной общине и, наконец, «Основные формы и методы работы с молодежью». Все документы и сопутствующие материалы можно найти на сайте Патриаршего Центра: www.cdrm.ru/conf

 

Ю.Б.: А для чего они предназначены?

 

о. Петр: В общем, я считаю, что если бы эти документы были приняты во внимание на епархиальном и на приходском уровне, то они могли бы быть очень полезны для организации церковной работы.

 

Дело в том, что как, в одном из них и отмечено советское время, о котором мы с вами уже сегодня не раз вспоминали в таком негативном ключе (потому что воспринимать его в позитивном ключе невозможно), наложило еще следующий отпечаток. Те формы приходской жизни, которые сложились в советское время, сложились вынужденно, под влиянием богоборческой власти, исключали, какое бы то ни было миссионерство, какую бы то ни было социальную работу, какую бы то ни было подготовку кадров — не священников. Подобная ситуация стала привычной для многих клириков. И под церковной жизнью понимается по инерции то, что сложилось в советское время. Одним из назначений этих документов является изменение этой точки зрения. Потому что приход, это прежде всего не приход, а община, а раз так, то она должна жить полной церковной жизнью, а раз так, то нужно и миссионерское, и молодежное, и социальное служение осуществлять. И вот этому посвящено внимание документа.

 

В принципе во всех документах говорилось об одном. Потому что и миссия, и катехизация, и община, и литургическая жизнь, и форма работы с молодежью говорят об одном, об устроении жизни церковной общины. Вообще, по-моему, старец Силуан, сейчас не помню где точно, пишет, что время традиционного монашества подходит к концу, потому что мир меняется. Монашество, как чин христианской жизни останется всегда, а форма изменится. И даже когда мы с братией обсуждали в монастыре эти слова преподобного Силуана, мы пришли к выводу, что, конечно, будущее Церкви в возрождении церковной общины, и только так. Потому что, то осмысление исторического момента, о котором мы говорили в начале нашей беседы, оно сводится к тому, что Церковь как бы возвращается в период жизни до 313-го года, то есть к жизни христиан в языческом окружении, когда Церковь не может особо рассчитывать на помощь государства, когда она вынуждена решать свои проблемы самостоятельно. А если мы обратимся к историческим источникам, то мы увидим, что исконное устроение Церкви была именно община, именно там язычники видели ту любовь о которой произносили знаменитые слова: «Как они любят своего Христа и друг друга!» Это была именно община, а не то, как сейчас человек сидит дома, читает аскетическую литературу, молится, а в храм приходит индивидуально освящаться. Это время кончилось. Оно кончилось объективно, и проблема этого осмысления заключается в том, что или мы скорее эту объективность примем, и будем действовать в соответствии с ней, или мы, как, скажем, организация, сойдем просто с исторической арены. Другого выхода не дано. Вот собственно об этом и говорят документы: об организации и устроении общинной жизни, ни о чем другом. В том, или ином аспекте.

 

Ю.Б.: А что является поводом, что бы эти документы прочесть? В чем их изюминка, ведь мы можем иметь достаточно много, в том числе посвященных достаточно острым вопросам, книг и документов?

 

о. Петр: Я думаю, что особенностью и изюминкой этих документов является их концептуальная выстроенность и то, что, что все вопросы и проблемы сформулированы четко и на небольшом пространстве. Действительно, ничего нового в этих документах нет. Все мы об этом знаем, и говорим и в кулуарах, и не в кулуарах, и даже об этом непрестанно говорит Святейший Патриарх во всех своих выступлениях. Но пока дальше слов дело не идет, а эти документы, если они поучат реальный ход, может быть, кого-то подвигнут на что-то, тех же энтузиастов.

 

Ю.Б.: Но, а может быть их ценность еще и в том, что как документы, порожденные опытом жизни, они рисуют некоторые наиболее объективные и достижимые цели?

 

о. Петр: Да, я думаю да. Тем более что Святейший Патриарх эти документы одобрил, он их рассматривал и сказал, что их следует донести до церковной общественности. И, если Бог даст, и дело пойдет, то мы и некоторые организационные формы сможем осуществить, что бы это было не только констатацией факта, но и некоторым руководством к деятельности.

 

Еще можно сказать о документе «Основные положения концепции духовного развития человека». Его особенностью является то, что в нем мы попытались отойти от узких конкретных вопросов, таких как, скажем, как конкретно обучить ребенка, и попытались представить, кто такой есть человек, и какова может быть работа с ним на основании двух вопросов. Первое — это иерархия человека. Человек не может быть развит равномерно, но он может быть развит иерархично, и эта иерархичность представляется. Второе же то, что саму работу предлагается вести на основании иерархии христианских ценностей.

 

Ю.Б.: Не могли бы вы сказать несколько слов об иерархии христианских ценностей?

 

о. Петр: Да, конечно, этот термин красной нитью проходит через весь документ.

 

Как воспринимается Церковь людьми внешне с ней соприкасающимися, или собирающимися в нее войти? Церковь воспринимается как некая «белая магия», в которой очень важно все внешнее, все внешние обряды и прочее. Безусловно, обряды важны, но главное в Церкви совсем не это, и об этом очень часто забывают. Даже когда говорят, что государство сейчас расположено к Церкви, люди часто не до конца понимают вопроса. Приведу свой собственный опыт. Я, как настоятель подворья Данилова монастыря много работаю с местными властями, с ними у нас хорошие отношения, и власти эти говорят много хороших слов о Церкви, но что нужно власти от Церкви? Нужно, прежде всего, патриотическое воспитание, нужно некоторое идеологическое влияние, то есть, чтобы люди не пили, не хулиганили, вообще вели более нравственно, нужна социальная работа с неблагополучной частью населения. То есть нужна Церковь государству для того, что бы решать вопросы, для решения которых и существует, собственно, государство. И слушая многих, без сомнения, хороших и достойных людей, я иногда задавался вопросом: а понесли бы они настоящую, внутреннюю церковную жизнь: исповедь, испытание совести? — они от нее далеки. И вот как раз наше государство воспринимает Церковь внешним образом. А до Христовой правды, евангельской нравственности и собственно до того, что делает Церковь Церковью, им собственно дела нет. И многие люди относятся к Церкви таким же образом: воспринимают ее как достойный исторический институт, который надо поддерживать и т. д. То есть воспринимают Церковь националистически-внешне. Тогда как это нарушение христианской иерархии, так как главное в Церкви это Христос-Спаситель и соединение с Ним каждой личности, и обретение во Христе единства друг с другом, как с земной Церковью, так и с небесной. Это главная точка, от которой надо отталкиваться, решая абсолютно все церковные вопросы, в том числе и отношения с государством. Иерархия в Церкви выстраивается именно следующим образом: главное — это Христос, это Таинства в Церкви, это нравственная жизнь, о чем, к сожалению, часто забывают. Вообще, у нас в православии чаще говорят о духовности, чем о нравственности. Что касается внешней жизни Церкви, то и здесь иерархия выстраивается подобным образом. Главным для нас является жизнь духа, жизнь Церкви, жизнь нравственная, жизнь в таинствах, и уже затем для нас на дальних местах обряды, чины и прочее. И когда это переворачивается, тогда Церковь воспринимается неправильно.

 

Ю.Б.: А можно ли говорить об этой иерархии примерно так: для человека в Церкви важно то и постольку, что и поскольку помогает ему лично в полноте жить церковной жизнью?

 

о. Петр: Это и есть практическое следствие из вышесказанного. Многие воспринимают Церковь как конгломерат запретов, долженствований и прочее. И мучают себя, думая, что они обязаны все до буквы исполнить. Нет! Еще Христос сказал: «не человек для субботы, а суббота для человека». Действительно, каждый человек в свою меру пользуется тем, что Церковь ему дает — именно ради богообщения и церковноединства.

 

Ю.Б.: Скажите, а та цель, ради которой Вы лично ехали на конференцию, достигнута?

 

о. Петр: Да. Я лично вполне удовлетворен работой конференции. Что касается практического выхода то тут я пессимист. Я не вижу никаких предпосылок к тому, что эти документы вдруг произведут какую-то волшебную работу. Нет, в этих документах важно то, что проблема поднимается публично, о ней говорит церковное сообщество.

 

Ю.Б.: Можно ли эту работу оценивать как нахождение некой идеологической базы, на основании которой молодежные лидеры могут осуществлять совместные действия?

 

о. Петр: Мне кажется, что для этого нужно сначала именно осуществлять совместные действия. Тут необходимо отметить следующее. Конференция была организована прежде всего двумя организациями — Отделом по делам молодежи РПЦ и Центром духовного развития молодежи, то мы, как подотчетные Патриарху, получили его благословение на организацию конференции и по ее окончании отправили ему отчет. Еще раз повторю, что практическая ценность документов зависит от того, насколько они будут выполняться. В то же время немаловажна и положительная оценка священноначалия.

 

Источник: форум Центра духовного развития молодежи

 

Дата публикации: 01.04.2005