Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Наши встречи > «Вера не должна разрушать…»

Наши встречи

«Вера не должна разрушать…»


С 17 по 25 мая 2005 года Литовскую епархию посетил епископ Венский и Австрийский Иларион (Алфеев), представитель Русской Православной Церкви при европейских международных организациях. В ходе визита владыка посетил храмы города Вильнюса и некоторых других городов Литвы, в том числе и те приходы, в которых владыка сужил еще будучи пресвитером Литовской епархии.


В конце своего визита, в своем интерьвью епископ Иларион поделился впечатлениями от увиденного, а так же ответил на некоторые актуальные  вопросы, касающиеся церковной жизни. 


Владыка, первый вопрос: как Вам Литва после 14 лет отсутствия?


Мои впечатления очень яркие и положительные. Я уезжал из Литвы тогда, когда независимость страны была уже провозглашена, но еще не признана. Фактически, это еще был Советский Союз. Сейчас я приехал в Литву, которая стала частью Европейского Союза. Происшедшие за эти годы изменения не могут не радовать. Но более всего меня обрадовало положение Православной Церкви в Литве. Я посетил многие храмы, которые раньше находились в плачевном состоянии, а сейчас отреставрированы, в них совершается регулярное богослужение. Самое же главное, что, несмотря на массовый исход русских из Литвы в начале 1990-х годов, храмы продолжают наполняться людьми, в них происходит реальная духовная, религиозная жизнь. В храмах есть молодежь, при некоторых приходах имеются воскресные школы. Все это вселяет надежду на то, что у Православия в Литве есть будущее.


Владыка, в ходе Вашего визита Вы посетили ряд приходов, в которых Вы когда-то служили священником. Какие Ваши впечатления?


Прежде всего, я был рад посетить Виленский Свято-Духов монастырь, в котором я принял монашеский постриг, делал первые шаги в монашеской жизни, был рукоположен в сан иеродиакона и затем служил иеромонахом. С большой любовью я вспоминаю тех людей, которые уже отошли в мир иной и которые сыграли в моей жизни важную роль. Это, прежде всего, архиепископ Виленский и Литовский Викторин, по чьему приглашению я приехал в Литву и который рукоположил меня. Вспоминаю и покойного архимандрита Никиту, который постригал меня в монашество. Я был также очень рад встретить тех, кто и тогда был в монастыре, и сейчас живет и здравствует: отца архимандрита Предислава, который, несмотря на свой весьма почтенный возраст, продолжает служение Церкви Христовой, отца Ефрема, отца Ермогена и других старших насельников монастыря. В то же время меня порадовало то, что в монастыре есть новые насельники, что монашеская жизнь не оскудевает. Я порадовался благолепию богослужения в храме и тому, что молодые священники, в том числе и не монашествующие, проходят церковное служение в монастыре и приобщаются к той богатой литургической традиции, которая сложилась в обители. На меня произвели большое впечатление те работы, которые были произведены в монастыре за прошедшие годы. Я вспоминаю, как выглядел монастырь 18 лет назад, когда я в него поступил, и сравниваю с тем, как он выглядит сейчас: конечно, размах произведенных работ и изменений поразителен.


Я с большой радостью посетил Каунасский Благовещенский собор, где был настоятелем в 1990-91 годах. Встретился там со старыми прихожанами, с Михаилом Касьяновичем, который на протяжении многих лет является бессменным алтарником: он помогал мне, а сейчас помогает отцу Анатолию, настоятелю собора. Меня поразил размах деятельности отца Анатолия, особенно когда я посетил Клайпеду и увидел, как быстро и успешно строится там русский православный храм. Я понимаю, что отцу Анатолию должно быть не легко совмещать настоятельство в трех храмах, и что нагрузка, которая ложится на него, очень велика, но я радуюсь тому, как успешно он справляется с возложенным на него послушанием. И конечно, видно, что за всеми священниками епархии стоит внимательный, заботливый, но и требовательный архиерей, который вникает в дела приходов, помогает священникам, — как молодым, так и пожилым, — и от чьего взора не ускользают те недостатки, что еще нуждаются в исправлении.


Для меня большой радостью было посещение храма в Колайняе и встреча со старостой храма — Леониллой, которая была моей главной помощницей, когда я там служил. С большим духовным подъемом я совершил Божественную Литургию в Свято-Николаевском храме в Тельшяе в день престольного праздника. Я порадовался тому, что храм был переполнен народом: это свидетельствует о том, что церковная жизнь в этом приходе не только не умерла, но наоборот, активно развивается. Я порадовался тем благим изменениям, которые произошли в жизни прихода благодаря трудам настоятеля иеромонаха Нестора. Также мне было приятно посетить Палангу и недавно построенный великолепный храм, где настоятелем служит игумен Алексий. Я посетил Михново, куда приезжал еще школьником, и встретился с архимандритом Леонидом, иеромонахом Иоанном и проживающими там сестрами. Наконец, я посетил многие храмы Вильнюса и встретился с их настоятелями и клириками. И опять же, везде наблюдаются изменения к лучшему, везде происходит восстановление церковной жизни. Из бесед с отцами-настоятелями я понял, что храмы активно посещаются людьми, храмы востребованы. А это значит, опять же, что Православная Церковь в Литве имеет будущее.


Владыка, скажите, как Вам кажется, в каком направлении сейчас нужно работать, чтобы обеспечить будущее Православию в Литве?


Мне трудно давать какие-либо советы, потому что я здесь человек посторонний, но я могу сказать о тех процессах, которые происходят в Венгрии и Австрии, где я несу свое служение. В Австрии основной контингент наших прихожан — русскоязычные люди, эмигранты последней волны. В большинстве своем это граждане Австрии, но все-таки родным языком для них остается русский, а привычный язык богослужения — славянский. Но вот уже для их детей, которые ходят в австрийские школы, русский становится все менее родным, и между собой эти дети говорят по-немецки. Перед нами стоит вопрос, будем ли мы сохранять Православную Церковь как русскоязычное гетто, или же мы создадим условия для того, чтобы и дети, и внуки, и правнуки наших сегодняшних прихожан чувствовали себя в церкви как дома. Если мы пойдем по первому пути, то мы почти неизбежно с каждым годом будем терять своих прихожан, и эти потери не будут восполняться. Поэтому я считаю, что мы должны идти вторым путем. А для того, чтобы им идти, мы должны создавать условия для тех наших молодых прихожан, которые не понимают или плохо понимают русский язык. Для них должны создаваться и уже создаются катехизические группы, воскресные школы, и мы все больше и больше употребляем в богослужении немецкий язык.


Мне кажется, хотя я могу здесь и ошибаться, что рано или поздно в Литве настанет такая же ситуация — когда православные люди, особенно молодежь, не будут идентифицировать себя с Россией, с русской культурной традицией, с русскими корнями. И тогда встанет вопрос, сохранятся ли эти люди в Православной Церкви, или же они интегрируются в литовское общество, в литовскую культуру и, соответственно, перейдут в Католическую Церковь, которая будет в таком случае ими восприниматься как «литовская церковь». Может быть, над этим вопросом стоит задуматься уже сейчас, потому что от ответа на него во многом зависит развитие церковной жизни в будущем.


Владыка, служа на Западе, Вы наверняка сталкивались с проявлениями национализма, как со стороны русских, так со стороны местных жителей. На Ваш взгляд, где грань между патриотизмом и национализмом?


Патриотизм — это здоровое чувство любви к родине, которое должно быть у каждого человека. Национализм — это нездоровое проявление того же чувства, ведущее к превозношению над людьми других национальностей, их дискриминации, презрительному к ним отношению, а иногда и ненависти к ним. Мне кажется, что каждый человек должен любить и уважать свою традицию, свою культуру, свою Родину, свой народ, и если человек и его семья эмигрировали, они должны любить свое историческое отечество и свои корни. Но в то же время это не должно превращаться в какое-то превозношение над другими народами. У Русской Православной Церкви есть официальная позиция на этот счет: она выражена в «Основах социальной концепции», принятых Архиерейским Собором 2000 года. В этом документе ясно говорится о том, что патриотизм — это то свойство, которое должно быть присуще каждому православному христианину, тогда как христианин должен бороться со всякими проявлениями национализма.


Что бы Вы могли сказать тем русским людям, живущим в Литве, которые во многих действиях литовских властей видят ущемление своих прав. Естественно, такие люди будут противиться даже частичному вводу литовского языка в православную культуру, поскольку русский язык — это их главный оплот. Что бы Вы могли им сказать?


Опять-таки мне здесь трудно давать какие-то советы, поскольку я провел в Литве всего неделю, и я не знаю, нарушаются ли здесь права русских или нет. Если да, то за свои права надо бороться, их надо отстаивать. В любом случае, очень важно, чтобы в стране сохранялись условия для полноценной культурной и духовной жизни русского религиозного меньшинства. Это то, за что мы боремся и в Австрии и в Венгрии. С одной стороны, все русские, которые живут здесь, будут неизбежно интегрироваться, будут обязаны выучить местный язык. С другой же стороны, в стране должны быть созданы такие условия, чтобы русские не чувствовали себя гражданами второго сорта, чтобы они не чувствовали себя гонимым и постоянно ущемляемым меньшинством. И самое главное для меня как церковного человека — чтобы те русские, у которых православные корни, сохраняли православную веру и передавали ее своим детям и внукам, вне зависимости от того, на каком языке эти дети и внуки будут говорить. То есть, чтобы Православие передавалось не только и не столько как культурная традиция, сколько как живоносное наследие, которое дарует человеку спасение и вечную жизнь.


Владыка, как часто можно и нужно приступать к Таинству Евхаристии?


В своих епархиях и на приходах, которые входят в эти епархии, я всегда стараюсь подчеркивать, что основой духовной жизни христианина и основой жизни церковной общины является именно Евхаристия, Литургия, Святое Причащение. Евхаристическое благочестие — тот камень, на котором созидается всякая духовная община. Я замечаю, что там, где нет регулярного причащения, где люди подходят к Святой Чаше только по большим праздникам или по особым случаям, очень трудно или даже невозможно создать крепкую церковную общину, потому что нет той основы, на которой она могла бы строиться. Без этой основы невозможно построить и крепкую семью, которая призвана быть «малой церковью», ибо она может стать таковой только в том случае, если все члены семьи будут регулярно причащаться. Поэтому я в проповедях призываю прихожан причащаться как можно чаще и считаю, что в принципе каждый христианин имеет право причащаться на каждой литургии, которую он посещает. При условии, конечно, что он соблюдает церковные правила, что живет в соответствии с церковным календарем, что его образ жизни соответствует нравственным нормам, которые установила Церковь. Если все эти условия соблюдены, то нет никаких препятствий для того, чтобы человек причащался за каждой литургией.


Более того, я считаю, что присутствие на литургии без причащения — это экклезиологический нонсенс. Слова Христа, которые произносит священник: «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое», «Пийте от нея вси, сия есть Кровь Моя, Новаго Завета», слова диакона: «Со страхом Божиим и верою приступите» — эти слова адресованы всем присутствующим в храме, а не только к одной какой-то категории людей, например, тем, кто подготовился ко Святому Причащению. Конечно, здесь нужно избегать крайностей, и важно, чтобы человек, по слову апостола Павла, с рассуждением приступал к принятию Святых Христовых Таин, чтобы причастие не превращалось в формальность, рутину, чтобы у человека от частого причащения не наступало чувство привыкания к этому величайшему Таинству. Но я повторяю, что частое и регулярное причащение должно быть основой духовной жизни всякого христианина. Мне трудно представить себе мою жизнь без причащения хотя бы раз в неделю. Я в каком-то смысле живу от одного воскресения до другого, от одного праздника до другого. Именно причащение дает силы быть христианином.


Владыка, вопрос о правиле. Согласно уставу Русской Православной Церкви, есть целый ряд молитв перед причастием, которые должен совершить человек, прежде чем он приступит к этому таинству. Если учесть тот ритм, в котором живет сейчас большинство людей, особенно молодежь, учащиеся, то вычитать все эти правила довольно сложно. В результате многие не подходят к Святой Чаше потому, что не могут должным образом подготовиться к Причастию.


Во-первых, нет никакого официального устава Русской Православной Церкви, который бы говорил, что именно должно быть вычитано перед причащением Святых Христовых Таин. В молитвенниках существует Последование ко Святому Причащению: на него и надо ориентироваться. Это Последование не является частью суточного богослужебного круга, оно нигде не упоминается в типиконе, но является набором молитв, которые были составлены в разные века и которые помогают христианину настроиться на соответствующий лад и достойно подготовиться ко Святому Причащению. Я думаю, что прочитать это Последование раз в неделю, накануне воскресного дня, когда человек готовится к принятию Святых Христовых Таин, не является чем-то требующим очень большого времени и очень больших жертв. Думаю, что и учащиеся, и учащие, и работающие, и воспитывающие детей могут найти необходимые двадцать минут, чтобы прочитать это правило. Если же этих минут не находятся, тогда правило можно сократить, ограничившись несколькими молитвами. Смысл ведь заключается не в том, чтобы вычитать определенное число молитв, а в том, чтобы соответствующим образом себя настроить и духовно подготовиться к принятию Христовых Таин. Иногда бывает полезнее прочитать одну молитву, но несколько раз — медленно, с пониманием, продумав и прочувствовав каждое ее слово, — чем вычитать целое Последование, но при этом чтобы ум оставался рассеянным и мысли блуждали на стороне.


Существует, кроме того, практика чтения канонов и акафистов перед принятием Святых Христовых Таин. И есть духовники, которые эту практику навязывают своим духовным чадам в качестве обязательной. Говорится, например, что перед причащением следует вычитать как минимум три канона, один акафист, а сверх того Последование ко Святому Причащению. Я лично не согласен с этими требованиями. Во-первых, никакой церковный устав их не предписывает: это лишь благочестивая традиция, которая ни в одном церковном уставе не прописана. А во-вторых, если человек хочет читать каноны и акафисты и у него есть для этого время, то ничего, кроме пользы, такое чтение принести не может, но ставить вычитывание этих канонов и акафистов условием для причастия, я считаю, глубоко неверно. Таким образом мы только отпугиваем людей от Святой Чаши, лишая их того, что является сердцевиной и основой христианской жизни, — причащения Святых Христовых Таин.


Владыка, есть еще одна практика: перед причастием нужно три дня поститься. Если человек причащается еженедельно, каждое воскресенье, получается, что он должен поститься со среды по субботу включительно. Для многих это является неудобным и невозможным.


Ответ на этот вопрос, так же как и на другие подобные вопросы, следует искать в церковном уставе, в типиконе. Где-либо типикон предписывает посты сверх тех, которые установлены Святой Церковью? Нет. Какой-либо другой устав, принятый Церковью и одобренный ею в качестве общеобязательного, предписывает эти посты? Не предписывает. Человеку, который причащается редко, который не соблюдает посты, который далек от Церкви, полезно перед причастием несколько дней попоститься. Но если человек соблюдает те посты, что установлены Церковью, — а это четыре многодневных поста, еженедельный пост в среду и пятницу в течение всего года, — то мне кажется, что навязывать ему еще какие-то дополнительные посты не следует. К тому же, если вы откроете православный антикатолический катехизис, который издавался в XIX веке и до сих пор используется в качестве учебного пособия в некоторых духовных семинариях, то там Католическая Церковь обличается за то, что она установила пост в субботу. Там же говорится о том, что пост в субботу противоречит церковным установлениям. Таким образом, тем людям, которые соблюдают посты и церковные правила, навязывать сверх этого еще что-либо не следует. Я бы этим людям рекомендовал, если они в среду и пятницу постятся, то в воскресенье и в праздничные дни со спокойной совестью приступать к причастию Святых Христовых Таин.


Мы живем в Литве, которая является католической страной. Многие браки смешанные. Во многих семьях отец католик, а мать православная, или наоборот. Каковы должны быть взаимоотношения этих людей, ведь у них — разные традиции, разный календарь. Например, католическая сторона празднует Рождество, когда у православной стороны пост; такая же ситуация в Новый Год. Как здесь поступать, не является ли предательством православной веры в день Рождества по григорианскому календарю сидеть за праздничным столом?


Вера не должна разрушать семейную жизнь. Каждый семейный человек должен чувствовать, что он может соблюдать и чем он должен поступиться ради того, чтобы не разрушить семью. Если семья состоит частично из православных и частично из католиков, то задача православного христианина заключается в том, чтобы не поступаться ничем существенным в том, что касается его веры, но в то же время следить за тем, чтобы его вера не вызывала отторжение и неприятие других членов семьи. Если у мужа и детей праздник, а жена постится, это может стать источником конфликта. В таком случае, я думаю, нет большого греха в том, чтобы на католическое Рождество или на Новый год устроить праздничный стол и принять участие в праздничной трапезе вместе с мужем и детьми, а потом продолжить поститься до православного Рождества.


Мы с подобными же проблемами сталкиваемся в Австрии и в Венгрии, где мне задают подобные же вопросы. Как правило, я отвечаю следующим образом: каждый семейный человек должен чувствовать, где та грань, которую ему не следует переступать. Иногда православному человеку приходится идти на какие-то жертвы для сохранения семьи. И это касается не только воздержания от скоромной пищи, но и воздержания от брачного общения, которое предписывается церковным уставом в определенные дни. Такое воздержание полезно, если оно служит духовному росту обоих супругов, но оно может нанести непоправимый вред брачному союзу, если один из супругов не готов к длительному воздержанию. Такие вопросы, наверное, правильнее было бы каждому православному христианину решать со своим духовником. Здесь нет готовых ответов, потому что каждая конкретная ситуация должна рассматриваться отдельно.


Некоторые люди прожили в браке многие годы, а сейчас обратились к вере, и им говорят, что, оказывается, они всю жизнь прожили в блуде, потому что не были венчаны. Такое мнение проповедуют некоторые духовники. Признает ли Церковь официальный гражданский брак, в частности, в тех случаях, когда один из супругов не принадлежит к православной вере или является нецерковным человеком?


На этот счет существует официальная позиция Русской Православной Церкви, выраженная, опять же, в «Основах социальной концепции», где говорится о том, что Церковь признает гражданский брак и не считает его блудом. Поэтому те духовники, которые утверждают, что люди, прожившие долгую совместную жизнь и воспитавшие детей, но по каким-то причинам вовремя не повенчавшиеся, прожили свою жизнь в блуде, вступают в противоречие с учением Церкви.


С епископом Иларионом беседовал клирик Виленского Свято-Духова собора священник Владимир Селявко


Источник: Ортодоксия

Дата публикации: 12.12.2005