Святое Причастие

Что такое Причастие? Само слово отвечает на этот вопрос: при — частие, т.е. приближаясь к целому я становлюсь частью целого, когда его в себя принимаю. Вот что такое Причастие!


Причастие есть Тело Христово, Христос Спаситель сказал Сам: Приимите, ядите, сие есть тело Мое.


И так же точно: пийти от нея вси, сия есть Кровь Моя Нового Завета, яже за вас и за многие изливаемая. Это имеет гораздо больше смысла, чем просто символ, как иногда говорят некоторые христиане. Это не только символ, это сама сущность. Мы верим в то, что мы действительно оказываемся частью самой сущности Божией через Тело Христово. Обожение по-гречески сеосиз. Мы становимся чадами Божиими в полном смысле этого слова и это действительно оказывается для нас участием в Божественной жизни. Для того, чтобы как следует это понять и вникнуть, мы должны вспомнить, что говорится в молитве в самом начале Божественной литургии в подготовке к Проскомидии, где Христос называется Хлебом Небесным, Хлебом, Который приходит на эту землю для того, чтобы всех нас накормить.


Боже, Боже наш — говорится в этой молитве, Небесный Хлеб, пищу всему миру, Господа нашего и Бога Иисуса Христа пославый Спаса и Избавителя и Благодетеля, благословяща и освящающа нас, Сам благослови предложения сия и приними их в пренебесный Твой жертвенник. Помяни, яко благ и Человеколюбец, принесших, и их же ради принесоша: и нас неосуждены сохрани во священнодействии Божественных Твоих Таин. Яко святися и прославися Пречестное и великолепое имя Твое, Отца и Сына и Святого Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь.


Вспомним то, что мы говорили в беседе о Нетварном Свете — Свет Отца и Сына и Святого Духа, а здесь сейчас — Хлеб Небесный. Небесный именно в той Небесности о которой мы говорили тогда, т.е. Отче наш иже еси на Небесех, т.е. небо нетварное, Небо Божественное, Небо, которое является сутью и сущностью Отца, Сына и Святого Духа — Любви, в которой осуществляется прозрачность и полнота. И эта полнота и есть то, что в нас людях становится полнотой Тела Христова — Церковью.


Церковь — эклиссиа по-гречески, что означает созванные, от слова экколео — созывать. Эклиссиа — это те, кто созваны, это призыв всех, и они все созваны и стали соборностью, Церковью в целом. И каждый из нас является такой малой частицей. Мы получаем Небесную Пищу Самого Христа Спасителя, Который и есть Небесный Хлеб. Его Тело распятое и воскресшее и вознесшееся на Небо — Его Тело и есть Хлеб Небесный, который соединяет нас всех с этим Божественным Нетварным Светом Любви Святой Троицы. Такова духовная Пища без Которой мы не можем существовать ни в этом мире ни в будущем. Единство Христа Спасителя со всем Божественным триединством — вот смысл и суть этого учения Церкви о Божественной Евхаристии, о Божественной литургии.


Евхаристия — значит благодарение, благодарность Богу за этот Хлеб. Литургия означает совместное служение или даже сотрудничество, мы все со-трудники, со-работники у Бога, как говорит святой апостол Павел. Мы все являемся Его помощниками в том великом деле, которое Он творит в Своём Божественном творении, так что мы становимся вместе со всем остальным творением, вместе со всей вселенной, вместе с людьми всего мира, вместе с живыми существами во всём мире — мы все становимся единым целым и в основе (по сути) оказываемся единой Церковью Христовой, единым Телом Христовым.


И наш земной хлеб, который мы приносим в момент проскомидии, что означает по-гречески принесение, когда мы приносим хлеб для того, чтобы его преложить, т.е. превратить в Тело Христово. Вот это и есть наш дар, наши святые дары, которые мы приносим в дар Богу, а Господь даёт нам Своею благодатью и Своим преложением силой Духа Святого, хлеб в Тело, а вино в Кровь — это и есть Дары Святые с Божией стороны. Встречаются вместе дары человеческие, результат, плод нашего труда, и Дары Божественные, Дары Небесного Света, Нетварного. Дары Тела Христова, Которые являются отражением того удивительного кружения (перехорисиса) во всей Пресвятой Троице, о чём мы говорили в беседе о Нетварном Свете, ибо Нетварный Свет и Причастие являются частью друг друга. Вот почему в Божественном Причащении, мы становимся обожествлёнными Силой Духа Святого в момент Причастия. Вот что такое Причастие. И вот почему надо готовиться к Причастию, надо всегда быть готовыми, чтобы не подходить к Святому Причастию слишком по-мирскому, слишком по-земному, слишком греховно. Нет, надо очиститься от грехов в покаянии, если возможно в исповеди и всегда приходить с открытым сердцем, с открытой душой, с чистой совестью и с любовью к Богу и ко всем братиям и сёстрам нашим — членам Церкви Христовой. Евхаристия — благодарение. Евхаристическая жизнь — благодарственная жизнь в Боге и с Богом. В Боге для того, чтобы всегда мы были единым Телом и единым целым. Это и есть Причастие, это и есть смысл и суть всего.


Не надо думать, что Причастие есть какая-то магия, сохрани Бог. Нет, ничего такого не может быть в том, что является божественным, чистым и святым. Нет, это гораздо больше, гораздо полнее, гораздо глубже, ибо это есть со-участие наше в Божественной жизни, со-участие наше в жизни Святой Троицы, со-участие наше в Небесности нетварной, со-участие наше в Небесном Раю Царствия Небесного, Царствия Божия. Царство Божие на земле и есть Божественная литургия, потому и говорится в литургии: присно сый, т.е. всегда Существующий, такожде сый, Ты, и Единородный Твой Сын, и Дух Твой Святый — Святая Троица. Святая Троица в Своей любви, в Своём Нетварном Свете, в прозрачности этой любви. Ты от небытия в бытие нас привел еси — Ты нас сотворил в самом начале, для того чтобы мы жили с Тобою и в Тебе в Царствии Божием, в Раю, но потом мы все отпали (в результате греха) и потому говорится дальше в этой молитве — и отпадшыя возставил еси паки, т. е. несмотря на то, что мы отпали и были в нашем падении и сейчас находимся в нашем падении, но вот здесь, сейчас на этой Божественной литургии Ты снова нас восставил, восстановил, мы восстали опять, мы опять в Раю. И не отступил еси вся творя, дондеже нас на Небо возвел еси — Ты возвёл нас на самое Небо. Небо какое? Небо нетварное, Небо Божественное, Небо святое, Небо в котором и для которого мы были сотворены в начале. И Царство Твое даровал еси будущее. — Удивительно, что во всём этом предложении есть три времени нашей грамматики: и прошедшее, и настоящее и будущее. Мы здесь говорим о будущем Царстве, но говорим в прошедшем времени, потому что Ты уже даровал нам это Царство здесь, сейчас. А сейчас эта сама литургия — это настоящее. Эти три времени означают вечность. Мы находимся уже сейчас в этой литургии в вечности. И вот тут Евхаристия — благодарение. — О сих всех благодарим Тя. — Вот за это всё мы Тебя благодарим. Вот наша Евхаристия! И единороднаго Твоего Сына, и Духа Твоего Святаго, о всех, их же вемы и их же не вемы, явленных и неявленных благодеяний бывших на нас — за всё Тебя благодарим сейчас здесь. Вот какая Божественная сила совершается с нами в этот момент. Мы оказываемся в Царствии Небесном, в Царствии Божием, в Небесном Раю. Мы восстановлены и возвращены туда, где были сотворены в самом начале. И в этом восстановлении мы чувствуем всю силу нашего единства Церкви Божией по образу Пресвятой Троицы. Т.е. мы отражаем в себе то, что нам даёт Бог Своей любовью, своим внутренним кружением (перехоресис). Своим внутренним отношением любви Друг к Другу Всех Трёх: Отца, Сына и Святого Духа, единый Бог с ангелами и со святыми в Небесах и со всеми нами на земле, со всеми причастниками всего мира в этой Божественной исключительной, единственной в этот день Литургии, соединяющей нас со всеми причастниками всего мира, где бы мы не находились — вот это и есть изумительная Божественная победа в нашем творении. И мы становимся в этот момент бессмертными, ибо Господь даровал нам бессмертие, наша душа и есть бессмертное существо, которое уже здесь сейчас в момент Причастия, в момент Божественного совершения литургии становится частью вечной жизни и уже не умирает. Когда приходит самый момент Причастия, перед ним мы опять снова благодарим и говорим — благодарим Тя, Царю Невидимый, иже неисчетною Твоею силою вся содетельствовал еси, и множество милости Твоея от небытия в бытие вся привел еси. Сам, Владыко, с небесе призри на подклоньшия Тебе главы своя: не бо подклониша плоти и крови — т.е. не нашему телу сотворённому, — но Тебе страшному Богу. Ты убо, Владыко, предлежащая всем нам во благое изравняй -значит, вот здесь перед нами лежит: хлеб и вино — дай нам как Тело и Кровь Сына Твоего Божественного — по коегождо своей потребе, т.е. всякому по своей нужде. — Плавающим сплавай, путешествующим спутешествуй, недугующыя исцели, Врачу душ и телес. — Т.е. если кто находится в пути — спутешествуй с ним вместе, тех кто находится в болезни — исцели. Вот что такое Причастие, вот что совершает Причастие — освящает всю нашу жизнь, даже наши путешествия оказываются включёнными в Божественную литургию. И вот здесь совершается тогда в этот момент то, что мы подходим к Телу Господню и читаем молитву, которую мы все знаем и должны знать:


Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси воистину Христос, Сын Бога Живаго, пришедый в мир грешныя спасти, от них же первый есмь аз — я первый самый большой грешник из всех кого я знаю, ибо я знаю себя, только себя, а других я до конца не знаю. Я знаю, что я грешник и в этом смысле чувствую себя самым грешным из всех, ибо не знаю их грехов, их внутреннего переживания, их состояния. Но прихожу, чтобы спастись от этой греховности, спастись Телом и Кровью Христа Спасителя, пожертвовавшего Собою на кресте и искупившего все мои грехи и грехи всех нас.


Еще верую, яко сие есть самое пречистое Тело Твое, и сия самая есть честная Кровь Твоя, здесь мы исповедуем нашу веру, крепкую, твёрдую веру, что этот Хлеб и это Вино становятся частью нашего тела и нашей крови и именно потому, что оно есть в то же самое время Тело и Кровь Самого Христа Спасителя умершего на кресте и воскресшего, и в Своём воскресшем Теле пришедшего сейчас на этой Литургии в Духе Святом к нам и сделавшего и этот хлеб, и это вино эту нашу пищу Самим Собой, Небесным Хлебом всему миру, как это говорилось в начале нашей литургии во время Проскомидии, так вот этот Хлеб и есть Тело Твоё и самая честная Кровь Твоя пролитая на кресте и воскресшая вместе со Христом и вознесённая на Небо и соединившая нас всех единой своей Кровью как единое Тело — Церковь.


Молюся убо Тебе, тут уже каждый из нас лично подходит ко Христу, потому что в грехах мы разъединены. И в нашем покаянии, это только моё покаяние, я один здесь сейчас перед Тобой Господи, стою и каюсь и прошу простить мне и принять меня. И так каждый говорит во всём мире, все причастники, сколько бы их ни было. Это одна Божественная литургия данного дня и она охватывает собою весь мир. И вот мы все оказываемся стоящими вот так лично, но вместе. Вместе не только в этом храме, но во всём храме всей вселенной, ибо вся вселенная есть основной Божественный Собор Кафедральный — наш общий, всего человечества. И вот здесь опять я молюсь прося и говоря: помилуй мя и прости мне прегрешения моя, вольная и невольная, яже словом, яже делом, яже ведением и неведением, всё, что знаю и всё, что не знаю, может быть забыл и не помню — всё прости мне — и сподоби мя неосужденно причаститися Пречистых Твоих Таинств — дай мне возможность, чтобы это было не в осуждение мне. Потому что может быть в осуждение, если я подхожу не подготовившись, если я подхожу не создавая в себе этого ощущения, что я теперь подхожу ко Христу Спасителю, сейчас, здесь, а подхожу вот так просто, как всё остальное делаю, то это будет мне не в спасение, а во осуждение. Если я не раскаялся как следует, если я не примирился со всеми хотя бы в душе и в сердце — это будет мне в осуждение. Но вот: неосужденно причаститися пречистых Твоих Таинств во оставление грехов и в жизнь вечную. Аминь.


И вот я переношусь сейчас туда в Иерусалим, туда в Светлую горницу, ту самую, где проходила Тайная Вечеря, и говорю: Вечери Твоея тайныя днесь — сейчас, здесь — Сыне Божий, причастника мя приими: потому что тайная Вечеря тогда и тайная Вечеря сейчас — одно и тоже. Время, история и место снимается (исчезает) — всё оказывается вместе. Вот удивительное это наше русское слово — вместе, совместно, в одном месте, хотя казалось бы в разных далёких друг от друга местах. Но нет, вместе.


Не бо врагом твоим тайну повем, ни лобзания Тебе дам яко Иуда, но яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем — потому что я не буду Тебя здесь сейчас предавать как Иуда, я не буду целовать Тебя фальшиво, но я, как разбойник стою сейчас перед Тобой, как он со креста просил: помяни мя Господи егда приидешь во Царствии Твоем. И получил ответ: Сегодня будешь со Мной в Раю — вот так и сейчас. Господи, сегодня, здесь сейчас приими меня в Твой Рай. В Твой Небесный Рай, в Твой Свет невечерний, в Твой нетварный. Да не всуд или во осуждение будет мне причащение Святых Твоих Таи,н Господи, но во исцеление души и тела. Аминь. Вот смысл и суть святого Причастия!


Суть так же и в том что мы в этот момент становимся единым целым, Церковью в полном смысле этого слова, мы причащаемся от одной чаши. Это чаша в полном смысле этого слова, несёт в себе единую и неделимую Кровь Христову. Наша Церковь во всех краях света, распространена на все континенты в данный момент в этой Божественной литургии сегодняшнего дня, единой Литургии для всего мира оказывается единым обществом Христовым, единой общиной, единой Церковью, единым общим жизненным целым. Так что действительно мы тело Христово не только в том смысле, что причастились Тела Христова и несём Его в себе в этом Божественном Причащении, но так же и в том смысле, что мы являемся Телом Христа Спасителя, как единая Церковь, единое общение по-гречески — синаксис, единый communion, как это говорят по-английски, т.е. другими словами мы оказываемся в полном общении друг с другом. Это и называется у нас евхаристическое общение. И это евхаристическое общение и есть признак Православия. Православие осуществляется именно в этом общении. И только так это возможно. Мы не имеем иного единства кроме как только в Причастии. Но и в Причастии это наша единая вера, которую мы исповедуем во время Литургии и которое есть единое целое в нашем веровании. Поэтому никакого не может быть разделения между нами ни в каком смысле. Мы разные церкви поместные, мы разные церкви по тому или иному языку и культуре, мы разные во многих отношениях земных, но мы едины в едином Причастии. Вот это евхаристическое общение есть признак нашего участия в Святой и Православной Церкви и ни один не православный не может, по учению её, подойти к Причастию, если он не стал православным, и ни один из нас не может не придти сюда к Причастию или пойти к какому-нибудь другому сообществу причащаться, которые не являются в общении с нами, потому что это было бы тогда разрывом нашей Церкви, что не дай Бог. Вот в каком смысле наше евхаристическое общение соединяет нас всех вместе в единое стадо Христово.


Именно поэтому святитель Иоанн Максимович Второй, Шанхайский и Сан-Францисский, чудотворец наш современный, говорил что отличительным признаком Православия является тот факт, что у нас Евхаристия, т. е. вот это евхаристическое общение высоко над жизненными и земными условиями в Церкви, в частности над нашими юрисдикциями, т.е. той или иной поместной церкви, той или иной общины; в то время как у некоторых других, например у католиков — иначе. У них, во всяком случае до второго Ватиканского собора было так определено, что юрисдикция папы Римского была над евхаристическим общением, т.е. только те могли причащаться вместе, кто был в юрисдикции Римского папы, как и сейчас, хотя они в данное время разрешают православным приходить и у них причащаться, но это вроде в виде исключения. Но тем не менее уже здесь уступили немножко в сторону Православия. У нас этого нет, и у нас этого нет по той простой причине, что мы не можем причащаться с ними, мы не можем причащаться с протестантами, мы не можем причащаться ни с какими раскольниками и еретиками, потому что иначе это отличительное свойство, которое мы только что сказали, что нас всех обьединяет, евхаристическое общение, теряет свою силу.


И вот это мы не можем, чтобы оно теряло свою силу. Самое участие в Причастии, само Причастие есть признак нашего Православия. Мы не судим никого в этом отношении и их Причастие — это суд Божий — не наше дело. Но мы не можем участвовать в том, что называется по современному inter-communion, т.е. междупричастие. Причастие никакого между не имеет потому, что есть единое, единосущее, а не подобосущее, т.е. что то нечто подобное — нет! Оно едино и если нет этого единства, этого единства веры, то не может быть и единства Причастия. А что касается других христиан и их причастия это, я повторяю — суд Божий и мы не знаем, что, и как Господь принимает их сердца, их покаяние, их чувство.


Может и произойти обьединение, как это уже и было во многих случаях, как например целая группа американских протестанских евангелистов тысячи их присоединились целиком к Православной Церкви в полном понимании Православия, в полном общении и теперь мы едины, и мы причащаемся и можем у них причащаться и они у нас. И если такое произойдёт во всей Вселенной со всеми другими христианами, то слава Богу! Будем благодарить Бога и петь Ему хвалу и радоваться этому новому общению. Да будет так!


Беседа 1997 года.


Сайт памяти еп. Василия (Родзянко)

У этой записи 8 комментариев

          1. Бог Отец, Бог Сын Иисус Христос, Бог ДухСвятой. Божья матерь Мария, все Святые, Ангел хранитель.

  1. Alexander

    Да, если бы мы часто причащались, то не ругались бы так. Католики часто причащаются. Нам бы у них поучиться. Они даже ведут тетрадку — какие грехи совершил за день.
    Дал бы ссылку, но боюсь, что уничтожат сайт.

Добавить комментарий