Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Жизнь в Церкви > Православные без границ

Жизнь в Церкви

Православные без границ


В интернет-журнале «Киевская Русь» была поднята интересная тема для дискуссии. Тема о полезности и вредности, уместности и неуместности работы с границами, обращения к бессознательному на православном пространстве.. Материал «Православные без границ» был написан задолго до этого и просто ждал своего времени. Наверное, оно пришло…

Возникает вопрос, насколько понятие границ и их защиты согласуется с православным пониманием жертвенности и умения дарить свои силы ближнему. Иногда мы встречаем категоричные утверждения о том, что понятие границ никак не согласуется с православным учением о любви к ближнему и является продуктом сугубо эгоистической психики, агентами которой и являются представители некоторых психотерапевтических направлений.

Аргументом № 1 является в этом споре библейская цитата, о том, что стали двое одна плотью. «Нет здесь места дистанции и границам. Слились, и всё!» — скандируют противники разграничений. По этому поводу вспоминаю историю знакомых молодоженов. Подарили им как-то гости коробку замечательных конфет. Не зная особо вкусовых пристрастий мужа, жена вняла его категоричным уверениям, что он сладкого терпеть не может. Поверила и пошла спать в сладких грезах об утреннем пробуждении и о вознаграждении себя за то, что не съела конфеты на ночь. Но утро принесло с собой разочарование. На кухонном столе стояла пустая коробка из-под конфет, и лежал исписанный расчётами мужа лист бумаги. Заголосила наша героиня, запричитала. «Что же ты наделал?». Супруг же ее верный, пребывая в добром здравии и чудесном расположении духа, был несказанно удивлен таким ее душевным волнением. Стал он супругу свою укорять да вразумлять. Не так, мол, с главой семьи разговариваешь. А она в ответ: «Ты зачем все конфеты съел?» Муж глянул на нее с укоризной и ответил: «Не печалься, жена моя. Ступай себе на работу. Не ведаешь разве, что стали двое одна плоть. Я съел, и тебе теперь сладко будет. Тем паче, что съедая их, я все время о тебе вспоминал». Жена прислушалась к урчанию своего пустого желудка, никакой сладости там не ощутила и поняла: выражение «стали двое одна плоть» – метафорическое и имеет никак не буквальный смысл.

Если опыт этой семьи вызывает у кого-то недоверие, то его легко повторить. Нужно съесть в одиночку что-то очень вкусное, да так, что бы ни крошечки не осталось. А потом спросить со смиренным видом вторую половинку, понравилось ли ей. Ощущает ли она то же, что ощущаете вы? Реакция вашей половины красноречиво покажет вам тот факт, что ваше умиленное от съеденной вкусности состояние никак не передалось другому.

Мы же из этого случая можем сделать вывод, что первые наши границы – это границы нашего тела. И если один спит, ест или занимается спортом, то другой от этого не отдохнет, не поест и не оздоровится. Конечно, он от всей души может порадоваться за свою половинку, но и его потребности скоро заявят о себе. На это в первую очередь и обращают внимание те, кто работает с границами. Если вы не заботитесь о своем здоровье, а обращаете внимание только на здоровье других членов семьи, то отдаете ли вы себе отчет в том, что ваше тело начнет страдать и это ляжет грузом на плечи ближних? Мы ответственны перед другими за самих себя: «Ибо каждый понесет свое бремя» (Галатам 6:5). У каждого из нас есть свои обязанности по отношению к себе самому, и если мы их не выполняем, то они «падают на головы» окружающим. Умение правильно распределять «бремя» хорошо известно туристам, несущим свои рюкзаки. Долго ли вы сможете нести два рюкзака? В то же время взаимопомощь всегда возможна и к этому призывает нас христианство: «Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Галатам 6:2)

Американский психолог Генри Клауд приводит следующее определение границ: «Границы в общем смысле – это линии или сооружения, показывающие ограничения, передел или грань. В психологическом смысле границы – это понимание собственного «я» как отдельного от других. Это понимание своей отдельности формирует основу нашей личности. Границы говорят нам, где мы, а где не мы; что мы можем выбрать, а что не можем; что мы в состоянии вынести, а что нет; что мы чувствуем и чего не чувствуем; что нам нравится и что нам не нравится; чего мы хотим и чего не хотим. Одним словом, границы определяют нас. Точно так же, как физические границы определяют, где начинается и где заканчивается частное владение, духовные и психологические границы определяют, кем мы являемся, а кем не являемся».

В итоге можно выделить:

  • физические границы — тело, кожа;
  • психологические — чувства, желания;
  • духовные — ценности.

И все-таки поставим вопрос ребром. Сочетается ли понятие границ и их защиты с Евангельским учением о любви? Одна из ярких притч о христианском отношении к ближнему — причта о милосердном самарянине. Мы все хорошо помним эту историю. На человека, путешествующего из Иерусалима в Иерихон, напали разбойники. Они ограбили его, избили и оставили умирать. Священник и левит прошли мимо страдальца, не проявив милосердия. На языке психотерапии мы можем сказать, что их границы (их установки о том, кому нужно, а кому не нужно помогать) были слишком жесткие. А может, у кого-то из них не было границ, т.е. ценности были формально усвоены, но не стали «Я», поэтому и не воплощались в жизнь. Помог путнику самарянин. Увидев израненного еврея, сжалился над ним. Он подошел и перевязал раны, возливая на них масло и вино. Потом посадил несчастного на своего осла, привез в гостиницу и там заботился о нем. А на другой день, отъезжая, он дал хозяину гостиницы два динария и сказал: «Позаботься о нем и, если издержишь больше этого, то я, когда возвращусь, отдам тебе».

Давайте представим, что бы было, если бы самарянин, заботясь о путнике, не заботился бы так же и о своих границах.

…На утро путник сказал бы самарянину: «О добрый человек! Ты так заботился обо мне, и мне стало легче. И все-таки я еще болен. Не останешься ли ты со мной еще на несколько дней?». Самарянин бы согласился и остался с пострадавшим до его выздоровления. Так как были получены не только физические, но и моральные травмы, самарянин долго бы беседовал с путником. Прошло несколько дней, и самарянина наконец-то находит посланник с письмом от его торговых партнеров: «Ждали тебя три дня и три ночи. Продали верблюдов другому доброму человеку. Следующий караван через шесть месяцев». Из дома ему принесли весть, что еду, которую он должен был доставить, ждет вся семья и уже стали испытывать серьезные неудобства, дети страдают. Самарянин почувствовал бы себя виноватым и рассердился. Он бы сказал путнику: «Видишь, до чего довели меня твои просьбы о помощи. Это ты виноват в моих проблемах».

Наверное, каждый из нас попадал в подобную ситуацию. Движимые состраданием, мы помогаем человеку, но проблемы длятся дальше, человек просит о помощи еще и еще, иногда это перерастает в манипуляции, иногда человек становится в удобную позицию жертвы, нам предлагая приятную (на первый взгляд) роль спасителя. «Ты такой добрый, такой умный. Только ты можешь меня спасти». Все заканчивается тем, что мы наблюдаем, как в то время, пока мы заботились о другом, в упадок пришли наши собственные дела. И наша помощь заканчивается обидами и гневом. Преподобный Макарий Оптинский пишет об этом так: «Потому что диавол, если по-видимому и благое что влагает человеку, то всегда несообразное с его обстоятельствами, или прежде времени, и выше меры его, чтобы человек, не находя возможности исполнить это желание, безрассудно томился и смущался, что составляет существенный вред душевный…» А св. Амвросий Медиоланский напоминал, что, заботясь о доме другого, важно не разорить свой собственный. Так мы понимаем, что важно находить границы своих сил и возможностей, помогая другим. Если этого не происходит то, мы можем сформироваться как человек, зависимый от межличностных отношений. Это люди, похожие желанием спасать других, заботиться о других, переходя разумные пределы, невзирая на желания других людей, а иногда и вопреки этим желаниям и протестам.

Чаще других такую позицию занимают представители профессий, целью которых является помощь людям: учителя, медработники, психологи, воспитатели и т.д. Они убеждены, что отвечают за благополучие и судьбу близкого им человека, за их чувства, мысли, поведение, за их желания и выбор. Беря ответственность за других, они остаются совершенно безответственными к себе, к тому, как они отдыхают, сколько времени спят — и не заботятся о своем здоровье. Это их жизненный выбор, но любой выбор должен быть осознан, так же важно осознавать и последствия.

Говоря о границах, можно вспомнить фразу «границы дозволенного». Именно закон в любой сфере нашей жизни производит акт границеполагания: вот это — еще в рамках «хорошего», а это — уже в зоне «недопустимо». Апостол Павел указывает, что через закон он познал, что есть грех. То есть, узнав закон, он смог как-то разграничить свою жизнь и осмыслить, что есть добро и что есть зло. И неужели можно верить, что законы не нужны, потому что люди и так хорошие?

Беспокоиться о границах не стоит тому, кто с детства был воспитан и развит во многих областях жизни, личность которого является достаточно зрелой и границы уже сформированы:

  1. Такому человеку привили практический навык заботы о своем теле. Закаливание, физическая активность, правильное питание. Это стало настолько его «Я», что никаких дополнительных усилий для выполнения всего вышеперечисленного затрачивать не приходится.
  2. Был привит навык организации своей жизни и дня в соответствии с действительными, а не желаемыми возможностями. И если жизнь показывает, что ожидания все-таки были не реалистичными – человек быстро это принимает.
  3. Такой человек хорошо понимает свою меру и меру ближнего.
  4. Было привито понимание, что возможности других (их мысли, ценности, время, деньги) не имеют ко мне отношения. И если я что-то задумал, то рассчитывать надо на свой труд и ресурс, и молиться Богу, что бы Он этот труд благословил. И если мне все-таки понадобится помощь, то о ней нужно договариваться, а не требовать или ждать, что «другие сами могли бы догадаться».
  5. В его детстве и юношестве не было травматических событий, которые попадают под разряд «психотравмы». Т.е. событий, существенно превышающих опыт и возможности личности. Психотравма формирует фиксацию и, как следствие, – дефицита развития. У личности формируются некоторые невозможности, т.е. человек не склонен, не умеет делать то, что другим дается просто.

Так же о границах не склонны заботиться люди, фантазирующие, что их границ просто не существует. «Все вокруг колхозное, все вокруг мое». Избыточность ожиданий, требований, обид говорит о том, что мы верим, что другие должны нам что-то дарить и заботиться. Так чувствует себя младенец рядом с матерью. Он не всегда понимает, где заканчивается он и начинается его мама. Поэтому на замечание: «Подожди! Мама хочет кушать», — ребенок может просто не отреагировать и продолжать что-то требовать от матери. Ведь он верит, что всё, чего хочет он, того хочет и мама.

В семьях где границы не соблюдены и не обозначены, могут иметь место различные виды насилия и манипулияций. И не потому, что кто-то хороший, а кто-то плохой. Просто имеет место личностная незрелость, даже при наличии зрелых пластов психики. Наша психика не однородна и мы не целостны. Можно условно сказать о существовании субъекта бытия и субъекта мышления. И в то время как субъект мышления очень умно рассуждает, субъект бытия живет как-то совсем по-другому. Поэтому вопрос о границах возникает там, где в плане опыта, а не мышления, наступают моменты кризисов.

 

Дата публикации: 17.11.2011