Для тех, кто хочет верить разумно
Киевская Русь > Разделы сайта > Жизнь в Церкви > Плата за требы: как разорвать порочный круг

Жизнь в Церкви

Плата за требы: как разорвать порочный круг


Пришедшие в храм были в растерянности. Им впервые приходилось сталкиваться с подобной проблемой. Дама среднего возраста в темных очках, вообще, наверное, постаралась бы избежать посещения храма. Ей было явно некомфортно в окружении икон и зажженных свечей. Ее нервозность, если бы умела разговаривать, обязательно сказала: «если моя хозяйка не была бы вынуждена обратиться сюда, по доброй воле вы бы ее здесь не увидели». Ее спутник, мужчина в дорогом костюме, вероятно, супруг, был заинтересован обстановкой, в которую его занесла судьба, но и он был в храме в первый раз.

В общем, оба выглядели в храме теми, кого на церковном жаргоне принято называть «захожанами». Причина, по которой эта пара посетила храм, была и банальной и трагической одновременно: у дамы скончалась мать.

Но куда более трагичным и не менее банальным был разговор с продавщицей за свечным ящиком. Из разговора выходило, что для отпевания требуется купить крестик на шею покойной, некоторое количество свечей, «венчик с молитвой» и крест в руку. После оплаты товара требуется заплатить 700 рублей за отпевание, 100 за сорокоуст и 300 за «годовое» (что это за «звери» такие, которые по цене больше, чем половина вожделенного отпевания, никто не спросил, никто и не объяснил).

Получив песочек в пакетике и подробные инструкции, супруги пошли к выходу, женщина поспешно и с явным удовлетворением, мужчина – оглядываясь заинтересовано по сторонам. Вряд ли им доведется еще побывать в храме, ведь когда наступит их час, дети придут за бумагой, песком и крестиками для них самих.

Вот так, «благодаря» нерадивости пастырей, практикующих на приходе товарно-денежные отношения, душу за душой теряет Церковь. Дело не только в деньгах, важнее безразличие и нелюбовь к тем, кто встречается на нашем пути и более других нуждается в помощи и поддержке. Но о черствости и безразличии написано немало, а вот об оплате треб пока только начинается разговор в церковной среде.

Вы можете представить себе, что какой-то прихожанин, обращаясь с просьбой о молитве к своим собратьям, достает кошелек и начинает раздавать купюры согласившимся помолиться о нем? Или ситуацию, когда просят о молитве в интернете – и те, кто откликнулся на эту просьбу, выставляют тут же номера своих банковских счетов?

Почему же нормальным считается то, что священнику платят за отпевание, венчание, крещение? Чем эта его молитва отличается от молитв его прихожан? Ничем – кроме того, что священник возглавляет богослужение, молится не один, а вместе со всеми. Еще более нелепыми выглядят цены на записки, подаваемые в алтарь. Помянув по запискам в алтаре, священник гласно поминает христиан поименно на ектении, то есть призывает общину к совместной молитве. Разве просьба о молитве, которую представляет записка, может быть платной? Неужели священник так и остался наемником, каким сделала его в юридическом отношении хрущевская реформа? Тогда имеет ли право подобный наемник именоваться пресвитером, то есть духовным старейшиной общины, пастырем? Не разумно ли в таком случае брать деньги и за исповедь, ведь наемному психоаналитику мы платим за его труд?

Конечно же, есть реальная проблема содержания клира на приходе. Вряд ли можно назвать нормой, когда пресвитер вынужден влачить нищенское существование, потому что прихожанам нет до него дела. Но будут ли для верующих насущны проблемы священника, который считает нормой получать материальное вознаграждение за требу, за молитву ко Господу о своих прихожанах, тарифицируемую по принципу «минимальной суммы пожертвования» (вдумайтесь в циничный смысл данного выражения)? Напротив – сердце пастыря, горящее любовью к своему «малому стаду», не может вмещать в себя заботу об уменьшении содержимого и без того порою тощих кошельков пасомых. Да и прихожане, видя бескорыстность пастыря, не останутся безучастны.

Замечателен в этом отношении пример новомученика протоиерея Петра Лебедева. Начав служение в г. Родники (ныне Ивановской области), он проявил совершенное бескорыстие. И паства, видя его сложное материальное положение, не оставила ревностного Господнего служителя, даже построив ему новый дом. И таких примеров можно привести сотни. Так что ссылаться на то, что бескорыстное служение может привести к нищете священника и его семьи, думаю, неправильно. Если приход настолько беден, что не может содержать многочисленную семью священника, то этот вопрос можно решить, переведя батюшку в штат городского храма.

Есть вариант, не требующий и перевода. На малочисленных приходах священник, чаще всего, свободен практически всю неделю. Это свободное время благоразумно определить для несения дежурства в храме райцентра. Доход храма повысится, если в нем будет постоянно присутствовать священник, уделяющий достаточно времени каждому, кто со своими проблемами пришел в храм. Этот дополнительный доход можно направить на поддержание сельского пастыря. Что до доходов городских храмов, то ежедневное дежурство в храме священника, посещение больниц, активная работа с прихожанами и регулярные выступления духовенства в местных СМИ обязательно сделают свое дело: доходы прихода возрастут.

Наш народ небезразличен к религии, другое дело, что часто невоцерковленный человек искренне не понимает, для чего ему нужно ходить в храм, молиться, участвовать в таинствах. Восполнить этот пробел можно было в 90-х годах, и тогда это было намного проще. Теперь решить проблему сложнее, но не все потеряно. Просто надо перестать бояться потерять доход и серьезно заняться миссией на своем приходе.

Есть еще одна немаловажная проблема. В начале статьи шла речь о так называемых «захожанах». Понятное дело, что, если не взять с них деньги за отпевание или крещение, то получится, что труд священника не будет никаким образом отблагодарен. Это не страшно, если не становится нормой. Но может ли стать нормой, когда «внешние» приходят в храм и просят о требе, совершенно не желая принять хоть какое-то участие в церковной жизни? Думаю, что может быть решена и эта проблема.

Согласно принятым в настоящее время решениям, крещение, как и венчание, не может совершаться над людьми невоцерковленными. Те, кто желает стать членом Церкви, должны усердным изучением основ Православия доказать серьезность принятого решения. Тогда такой человек не будет безразличен к нуждам пастыря, открывшим ему Христа.

Что до отпеваний, то в настоящее время священники идут на определенную сделку с совестью, именуя невоцерковленного умершего «почившим в вере», «верно почившим» (тропари канона из чина погребения). Святейший Патриарх Кирилл высказал пожелание выработать особый чин молитвы о самоубийцах (текст можно скачать здесь).

Думаю, что назрело время составить чин о почившем вне Церкви. Главное – не именовать данное молитвословие отпеванием, объяснить, что чин погребения жившего и скончавшегося в вере существенно отличается от таковой молитвы, совершаемой из христианской любви, но не уравнивает воцерковленных христиан с теми, кто жил вне Церкви.

В завершение скажу немного о так называемых «рекомендованных пожертвованиях» за требы. То, что это – не цена, звучит убедительно лишь для налоговых органов. Потому как рекомендовать сумму пожертвования просто невозможно. Она зависит от двух факторов: от готовности христианина пожертвовать и от его материальной возможности. Финансовое расслоение общества таково, что уравнять всех не представляется реальным. Но нужно ли это, вообще, делать? Не проще ли прекратить порочные отношения священника и паствы, напоминающие торговлю на рынке и вспомнить, что и архиереи, и священники, и миряне, прежде всего – братья и сестры во Христе?

Православие и мир

Дата публикации: 27.04.2011