Чудеса: В ожидании чуда

Хоть святых заноси


Могилу Вячеслава Крашенинникова на кладбище в уральском Чебаркуле видно за версту: среди бедных надгробий высится полупрозрачный павильон из стеклопластика. На дверях надпись: «Женщинам в брюках не входить!», внутри — серая плита с фотографией покойного, образа, кадило и картины, стилизованные под иконы: мальчик с крыльями и нимбом. Вячеслав умер в 1993 г. в 10-летнем возрасте от рака крови. И стал после смерти настоящей знаменитостью, когда мама мальчика, Валентина Афанасьевна, издала несколько книг о необыкновенном даре Вячеслава — исцелять и пророчествовать. Узнав, что мальчик предсказал войну в Чечне, 11 сентября и даже «дьявольские идентификационные коды», народ прозвал его Славиком Чебаркульским и устремился за чудесами к некогда скромной могилке — теперь землю с нее добавляют в пищу, а снег топят и пьют.


Местная епархия забила тревогу только в прошлом году, когда паломники стали прибывать целыми автобусами — митрополит Челябинский и Златоустовский Иов начал спецрасследование. Результаты его огласили в октябре: зафиксированных чудес нет, а есть лишь «лубочное христианство, за которым-то и Христа не видно». А в самом конце года о книгах Валентины Крашенинниковой епархия полуторатысячным тиражом издала брошюру «Бабьих басен отвращайся». «Скорбь матери можно понять, но другим словом, как кощунство, эти ритуалы я назвать не могу. Это спекуляция на православии», — сказал Newsweek один из «расследователей» епископ Феофилакт, викарий Челябинской епархии.


Новоявленные чудотворцы и культы альтернативных святых вызывают тревогу не только у провинциальных архиереев. На организованных Московской патриархией «Рождественских чтениях» в конце января тема лжечудес была в центре внимания. В начале 90-х Церковь относилась к сообщениям о чудесах и знамениях весьма благосклонно — как к свидетельству возрождения интереса к религии. РПЦ сама давала народу новых святых — за последние 20 лет в стране прошло более 1500 канонизаций, это в 3 раза больше, чем за всю историю дореволюционной России. Но народу этого мало, он жаждет новых чудес и готов видеть их повсеместно. «Тяга души к чудесному естественна, но сейчас она соединяется с общим духом потребления, который преобладает в стране. Людям кажется, что они, не произведя фундаментальной работы, за некоторые действия могут получить от неба то, что в настоящий момент им нужнее всего. Царствует дух коммерческого обмена», — говорит настоятель храма Святой Татианы в Москве Максим Козлов.


Чудоискательство — проблема общая и для православия, и для католичества. Ватикан, например, признал ложными десятки предполагаемых явлений Девы Марии, но различные визионеры продолжают привлекать массовый интерес. Церковь видит в этом проблему роста: люди, которые только приходят к вере, в первую очередь интересуются всем необычным. В России это особенно актуально: взросление паствы, пришедшей в Церковь после падения государственного атеизма, явно затянулось, и теперь бесконечный поиск новых диковинок подменяет многим серьезную духовную жизнь. «Раньше икона замироточит — батюшка отнесет ее подальше, чтобы не отвлекались прихожане, — рассказывает председатель Экспертной рабочей группы по описанию чудесных явлений РПЦ Павел Флоренский. — А теперь началась настоящая чудомания».


ЧУДОРАЗДЕЛ ПО КАНАВКЕ


Серафимо-Дивеевский женский монастырь в Нижегородской области, где покоятся мощи святого Серафима Саровского, — официальная территория произошедшего в России чуда. Здесь в 1825 г. Богородица являлась преподобному Серафиму; здесь по ее повелению рядом с монастырем был выкопан ров, Богородичная канавка, — граница, за которую не пройдет Антихрист. Но этих чудес местным жителям и гостям мало. Дивеевские монахини любят вспоминать, как в обитель приехал парализованный человек на костылях и поднялся на ров у Канавки. С каждым шагом он двигался все увереннее, а потом и вовсе отбросил костыли. После этого сюда приезжал лечащий врач исцеленного, пытаясь найти какие-то объяснения.


Бездомный Валерий, который отирается около ограды обители, выклянчивая у прохожих мелочь, знает, что «батюшка Серафим — сильный мужик, всем помогает». Библию Валерий не читает, об Иисусе Христе представление имеет очень приблизительное, но к мощам Серафима Саровского приложился — и на тебе, у Валерия начала сгибаться ранее поврежденная нога. А вот мимо храма, возвращаясь домой из школы, пробегает 10-летняя Настя. Благодаря Серафиму Саровскому родители подарили ей котенка. «Не хотели, а потом помолилась батюшке — и опа, захотели!» — хохочет довольная Настя.


А вот другая почитательница Серафима Саровского, Надежда: «Вы меня видите? Я живое доказательство тому, что чудеса существуют». 15 лет назад Надежда серьезно заболела, медики сказали, что больше года не проживет. «Не помню, откуда я узнало о Дивееве. Но приехала сюда — и сразу мне лучше стало, а через несколько месяцев болезнь полностью ушла», — Надежда радостно вздыхает и все время улыбается. После исцеления она переехала в Дивеево, купила здесь маленький дом: «Потому что хочу быть ближе к чудесному батюшке».


Монахини предостерегают: не всех паломников можно слушать. «Такое иногда рассказывают, будто и Серафим Саровский к ним являлся, и даже сама Богородица. Ну кто мы такие, чтобы Преподобного видеть?» — говорит одна из сестер.


В 1999 г. в РПЦ решили, что пора разобраться с чудесами, отсеяв ложные и выбрав истинные. Была создана Экспертная группа по изучению чудес, в которую вошли ученые-естественники — физики, химики, а возглавил ее геолог Павел Флоренский. Группа проанализировала около тысячи информационных сообщений, побывала во многих местах предполагаемых чудес, провела десятки биохимических экспертиз. Подавляющее число «чудес» не выдержало проверки. К примеру, в городе Клин есть чудесная квартира, где мироточат иконы. «Мы посмотрели на это всё и поняли, что там просто набрызгано маслом. Там столько этого масла, что хоть картошку жарь», — возмущается Флоренский.


«Людям очень нужно чудо. Поехал, водички попил куда-нибудь — и всё! Таким образом люди сваливают, списывают ответственность с себя. Им так проще, удобнее. Смахивает на то, что чудо подменяет им Бога», — говорит Павел Флоренский. Однако многие чудеса, по определению Флоренского, просто спекуляция. Тот же культ Славика (Крашенинникова) Чебаркульского.


ОХОТА ПУЩЕ КАНОНА


Флоренский так и говорит, что «мать делает бизнес на костях сына». В самом Чебаркуле мнения на этот счет разделились. В епархии солидарны с экспертами по чудесам и уверяют: культ непризнанного святого превратился в бизнес. На продажу идет всё, что связано со Славиком, — книги о пророчествах, аудиокассеты с откровениями, даже камешки с могилки. Однако местные жители в корысть семьи Крашенинниковых верят неохотно: «Она [мама Славика] бесхитростная женщина, к ней другие, кто пооборотистее, прилепились», — оправдывает ее смотритель кладбища.


Беседа с самими родителями Славика не удалась. Корреспондента Newsweek дальше порога не пустили, заподозрив в «шпионаже в пользу церкви». «Говорят, что мы секта, что мы в церковь не ходим! А мы православные люди!» — с надрывом говорит отец Славика Сергей, невысокий пожилой мужчина. Он отставной военный и, как говорят, долгое время вообще ни с кем не говорил о своем сыне. «Понимаете, это всё заказ, напридумывали столько всякой ерунды», — объясняет Сергей. У него усталое лицо и выцветшие голубые глаза. Из-за его плеча осторожно выглядывает печальная женщина в траурной повязке на голове. Это мама, Валентина Афанасьевна. Интересуется, где я работаю и устал ли с дороги, а потом тихо уходит на кухню. Перед уходом я все-таки поинтересовался:


 — А вы знаете о том, что ваш павильон на кладбище могут демонтировать? (Неделю назад представители епархии обратились в мэрию Чебаркуля с просьбой разобраться в законности обустройства на кладбище культового павильона, где «совершаются непонятные ритуалы». — Newsweek.)


 — Ну вот и вы туда же. Это часовня, а не павильон, — совсем огорчается Сергей.


Весь прошлый год настоятель здешнего Преображенского храма отец Дмитрий вел с поклонниками Славика Чебаркульского разъяснительные беседы. «Самочинные иконы рисуют, молитвы сочиняют, говорят, уже прямо на кладбище исповедовать стали, — вздыхает священник. — Люди ищут чуда, не прикладывая никаких усилий. Покушал земельку с могилы — и жди исцеления». «Это наша скорая помощь, — упорствует в разговоре с корреспондентом «Русского Newsweek» одна из паломниц. — Дома всегда есть и земля с могилки, и святая вода с камушками…»


Славик Чебаркульский не единственный и не самый знаменитый кандидат на святость. Сторонники канонизации Ивана Грозного, Григория Распутина и даже Иосифа Сталина есть по всей России. Церковь неоднократно пыталась разубедить поклонников этих исторических личностей, но пока безуспешно. «Людям нужен спаситель России. Доходит до того, что они говорят: не сделаем Грозного святым — Россия погибнет», — рассказывает Андрей Титушкин из издательского совета РПЦ. «Но если прославлять Грозного, тогда надо отменять канонизацию митрополита Филиппа, которого замучили по приказу Грозного», — объясняет позицию РПЦ Титушкин.


Церковь вообще очень осторожно подходит к вопросам канонизации. Взять к примеру историю солдата Евгения Родионова. В 1995 г. его взяли в плен в Чечне и отрезали голову  — якобы за то, что Родионов отказался снять крест и принять ислам. Теперь в десятках храмах по России есть иконописные портреты Родионова в камуфляже, с нимбом над головой. Однако Церковь не спешит прославлять мученика. «Мы знаем, что немалое количество молодых соотечественников не просто погибли в годы чеченской кампании, но при этом были христианами и умирали за веру, — говорит настоятель храма Святой Татианы в Москве отец Максим Козлов. — Но все, что мы знаем о Евгении Родионове, мы знаем со слов его матери, а она получала информацию тоже не из первых уст. Поэтому мы не знаем точно, как Евгений принял свою кончину».


В РПЦ боятся, что канонизации желают не только церковные люди. «Его хотят видеть не как святого, а как знамя современного русского воинства, противостоящего иноверцам. Может быть, нашей армии и нужна новая идеология, но канонизация — это не разменная монета для создания государственной идеологии. Разумнее, чтобы канонизация воина Евгения состоялась тогда, когда это станет собственно церковным фактом, лишенным политических примесей», — говорит отец Максим.


Нет ничего невозможного. Помимо требований для канонизации (праведность жизни, обстоятельства смерти, чудеса при жизни и после смерти) есть одно условие: народное почитание. Своим правом на «инициативу снизу» народ и пользуется. Последним повсеместно почитаемой «народной» святой, которую канонизировала Церковь, стала блаженная Матрона Московская (Никонова). Девочка родилась слепой, в 17 лет у нее отнялись ноги. Но с детства Матрона проявляла необычные способности: предрекала будущее, исцеляла; за советом к ней шли отовсюду. Блаженная умерла в 1952 г., но к ее могиле на Даниловском кладбище продолжали идти верующие, прося о помощи.


Канонизировали Матрону в 2004 г. Теперь в Покровский монастырь на Таганке, куда перенесли мощи святой, каждый день выстраивается длинная очередь страждущих помощи. «Матрона, она же своя, из народа, простая старица. И людям ее образ намного ближе, чем образы других святых», — говорит Андрей Титушкин. По благословению Патриарха настоятельница монастыря завела тетрадь, где люди записывают истории чудес, которые в ответ на их молитвы сотворила святая. Не проходит и дня, чтобы в ней не появилась еще одна запись.


Русский Newsweek

Добавить комментарий